Дракониада

Волосы у всех были тёмными, даже чёрными – блондинов среди этих разбойников я не видел.

В общем – не перепутаешь. Другие люди, встретившиеся мне в этом мире, были темнее. Палитра цветов начиналась со среднего белого человека и заканчивалась смуглой кожей – примерно, как у индийцев. К какой расе принадлежали местные? Хороший вопрос, но, боюсь, я на него не отвечу. Были у этих людей как европеоидные, так и монголоидные черты. Зачастую – перемешанные. Например, светлые волосы в этом мире не были редкостью, как и голубые глаза.

Рыжие – тоже. Пару раз встречались люди с экзотической расцветкой – красноватой, синеватой или даже розовой. В тот момент я списывал всё на краску. Позже, уже обосновавшись в Сити, я убедился, что это естественные цвета и оттенки, и что в отдельных регионах они не исключение, а, скорее, норма.

То же касается разреза глаз. Он колебался в широком диапазоне: от узких, азиатских, с ярко выраженным эпикантусом, до вполне европейских, а иногда и крупнее. Особенно классно это смотрелось у молодых девушек: огромные глаза, крошечные носики, тонкие губы и какой-нибудь необычный цвет волос.

В такую ты влюблялся сразу и бесповоротно.

Но что-то я отвлёкся. В те дни антропологические особенности меня мало интересовали. Я ждал превращения в дракона.

Злость, гнев, отвращение, боль – всё это накапливалось, как вода в бочке. Аккумулировалось в некую силу, напоминающую костёр. Долгое время он оставался внутри – тлел, разгорался, подбирался к топливным брикетам. А потом ветер раздул угли, и костёр вспыхнул с новой силой.

Даже не вспыхнул – взорвался.

Я превратился раньше. Не пришлось ждать темноты – это случилось в полдень. Наверное, из-за всей той гаммы чувств. Я просто понял, что момент настал. Его можно отсрочить, а можно наоборот, подтолкнуть, ускорить.

Небольшое мысленное усилие – и я стал драконом.

Люди шарахнулись, кто-то закричал. Иные лишь тупо пялились, словно им было уже всё равно, и они смирились с судьбой.

Пару секунд я наслаждался моментом. Боль прошла! Вы не представляете, какое это удовольствие – мучаться два дня, а потом снять мигрень, как шляпу.

Да ещё и чувства кристаллизовались. Зрение, слух, обоняние. Насчёт последнего – запахов неприятных тут было множество, но они не резали нос, не отвлекали и не вызывали рвоту. Я просто их воспринимал, не более.

– Дракон! – громко завизжал молчавший все два дня паренёк. – Дракон! Дракон! У нас здесь дракон!..

– Я не причиню вам вреда, – сказал я твёрдым уверенным голосом.