Дракониада

Даже здесь, в Сити, где центральная власть не так сильна.

– И?

– Ты никогда не задумывался, почему? Что ж, я просвещу тебя, мальчик. Драконы – убийцы. Они пойдут к цели по головам, не беря в расчёт человеческие жизни. Ты, пока что, не натворил бед: разве что раздавил сколько-то протестующих на площади, удирая в моём роботе. Впрочем, я твоей биографии не знаю. Может, у тебя и до этого грешки были.

Я почти доковылял. Правда, чем ближе я подбирался к воротам, тем медленнее становился мой шаг. В паре метров я и вовсе остановился.

Он снова посмотрел мне за спину. Блефует? Или в ангаре и правда кто-то есть?

Я никого не слышал.

– Ты – дракон, – повторил он, словно я сам того не знал. – Возможно, человеческого в тебе сейчас больше, чем драконьего, но это ненадолго. С каждым убийством, в том числе, и себе подобных, драконья часть тебя будет увеличиваться, а человеческая – уменьшаться.

Кто бы говорил!

Знай я в тот момент, что Шин не для меня старается, я вывел бы его на чистую воду. Вслух бы произнёс, что он тоже оборотень. Дважды, трижды – да хоть сто раз, чтобы зафиксировать это перед свидетелями. Но я промолчал. Считал, что мы здесь одни, а раз так, то зачем повторять очевидное? Хана тоже молчала. Шин зажал ей рот, а держал так, что она не видели ни меня, ни стоящих за моей спиной людей.

– Я не желаю ей зла, – произнёс Шин. – Я просто хочу спастись и надеюсь на твоё благоразумие. На остатки той человечности, которая в тебе ещё сохранилась. Не будь ты таким монстром, я ни за что на свете не причинил бы вреда Хане Изуки.

Я нахмурился. Шин играл роль – надо сказать, делал он это весьма убедительно – и играл не для меня. Я лишь заподозрил неладное, но вывода так и не сделал. Устал. Смертельно устал. Именно тут дракон внутри меня впервые шепнул: "Стреляй! Плевать на Хану, она не твоя мать.

Мне и правда всё осточертело. Ещё вчера я был в Лабиринте. Едва не погиб, чудом выбрался – можно сказать, на последнем издыхании. Худо-бедно отоспался в школе и снова полез на рожон – на этот раз, в логово чудовища. Опять едва не погиб. Несколько раз был на волоске от смерти. Спасся вопреки всем законам логики. Был ранен, потерял много сил.