Дракониада

Может, он наплёл Юрико какую-нибудь чушь, а та его даже слушать не захотела? Вот это уже вероятнее. Я, конечно, могу и сам её подловить, после уроков, но это плохой вариант. Девушку обычно забирает кто-то из прислуги, приезжая сразу после занятий – а значит, у нас будет всего несколько минут для разговора.

Впрочем, есть варианты и хуже. Например, протестующие прорвали блокаду – и школа в спешном порядке готовится к эвакуации. Откуда мне знать, что происходит в эти самые минуты в стенах здания?

Наконец, они появились.

Шли окольными путями, не напрямую – и вывернули сразу у трибун. Оно и к лучшему – пусть Юрико и спрятала ярко-розовые волосы под капюшоном, осторожность не помешает.

– Рю! – воскликнула она. Глаза девушки блестели. – Ты жив!

Я развёл руки в стороны:

– Меня не так-то просто убить.

– Но как...

– Позже. Когда всё уладится. У нас мало времени, и я не хочу терять то, что есть. Слушай.

Я вкратце пересказал то, что узнал от Наоки. Как Шин его шантажировал, как обещал выдать Юрико за него замуж (на этих словах парень привычно залился краской и что-то забормотал в свою защиту), как он облажался с проектом по реконструкции трущоб, и жители вышли протестовать.

..

– Не облажался, – поправила Юрико.

– Что?

– Не облажался. Он всё делал, как привык. Это наши постарались. Подпольное движение. Помнишь Йоко?

– Кого?

– Мою подругу. Она вывезла нас из трущоб – иначе мы бы до утра домой добирались.

– Да шучу – конечно помню. Её не забудешь.

Ту одноглазую фурию с причёской панка и повадками байкера и правда забыть было очень трудно.

Просто я запамятовал имя, вот и переспросил.

– Это они подогрели обстановку.

– Они? То есть, она?

– Не одна, естественно. Есть достаточно людей, кто борется за права жителей трущоб. Не все из чистого альтруизма, но многие. Понимаешь, никому не хочется, чтобы кланы прибрали себе ещё и эту часть города. Особенно Якимо, – Юрико даже язык высунула от отвращения. Ну и ну! Будто сама не принадлежала этому семейству. – Вот они и объяснили людям, что на самом деле стоит за проектом Шина.

Те объяснили другим, они, в свою очередь – следующим. И к утру следующего дня весь юго-восточный Сити знал правду.

Я молча кивнул. Юрико прямо светилась от возбуждения. Я сначала не понял – думал, это её протест бедняков так воодушевил. А потом догадался (ну и тупица же я!) – она радуется, что я жив. Не будь рядом стыдливо молчащего Наоки, девушка бросилась бы мне на шею с объятиями и поцелуями. Утрирую, конечно, но улыбки её были настоящими.