Дракониада

Я лишь ударился о пологий свод макушкой экзоскелета (фонарь мигнул, но, к счастью, не погас), по-прежнему открытый со всех сторон.

Твари свирепствовали. Я убивал их пачками, давил подошвами, отбивался от падающих с потолка, а они всё шли и шли. Уже несколько десятков забрались на экзоскелет, они грызли его, мяли, скребли, царапали, колотили...

Недостаточно сильные, чтобы пробить броню или стекло одним ударом, но достаточно многочисленные и не лишённые упорства. Надо ли говорить, на чьей стороне было преимущество?

Я стрелял и стрелял.

Не помню, орал я в тот момент или стиснул зубы и ругался лишь мысленно. Не знаю, сколько это всё продолжалось. Минуту? Десять? Полчаса? Твари висли на машине гроздьями, как тля. Металл скрипел, робокостюм слушался всё хуже. Лишь краем глаза я обратил внимание на мигающий индикатор – бак с водой пробит, влага уходит.

Наиболее удачливая тварь, из повисших на правой руке, погнула дуло винтовки. Я стрелял непрерывно, стряхивал их, давил, но иные держались покрепче клещей.

И одной-таки удалось – очередной выстрел стал фатальным.

Винтовка взорвалась. Громкий хлопок, летящая в стороны труха монстров – а в следующее мгновение я напрасно шевелю кистью в перчатке, потому что у экзоскелета одной руки нет. Оторвало взрывом.

Тварей он распугал лишь на секунду. Миг – глазом моргнуть не успеешь – и они набросились на меня с утроенным рвением.

Я потерял равновесие и хряпнулся на спину.

28. Ад продолжается

Нет! Неееет!!!

Не хочу вот так умирать! Вернее, вообще не хочу умирать! Драконы не дохнут в младенчестве.

Не должны. Они живут тысячелетия, вырастая до размеров бронтозавра и получая силу маленькой армии. Мне ведь даже года ещё не исполнилось! Я родился несколько месяцев назад!..

Ярость. Злость. Ненависть. Азарт.

Эти чувства затмили даже страх – где-то на границе сознания я понимал, что минута-другая, и всё, конец. Но, как ни странно, я чувствовал себя драконом. Не человеком на границе жизни и смерти, не подростком в экзоскелете, облепленном со всех сторон чёрными крабопауками, а смертоносным ящером, несущим врагам лишь гибель.

В каких-то сантиметрах от лица, за исцарапанным потрескавшемся бронестеклом, щёлкали челюсти тварей. И ничего кроме – словно меня погрузили в аквариум, где вместо воды пауки и пираньи. Но я не видел даже этого месива. Перекатывался по полу, давя существ искарёженой робомашиной, но не видел. И даже хруста не слышал.