Саги Арнира. Рождение героев

Ступени становились все круче, но в стенах были проделаны углубления для рук — держась за них, спускаться было гораздо удобнее.

Наконец, узкий коридор закончился, и они очутились в обширном зале с каменными столбами, поддерживавшими полукруглый свод. Шенн уже знал, что они называются колоннами. Только они были не круглыми, как в Руанноре, а квадратными, и эти острые, выпирающие углы совершенно не нравились юноше.

— Мы почти пришли, — сказал мастер, и его голос отразился от стен тысячью голосов.

— Пришли, пришли... — заговорили странные, искаженные голоса, и юноше стало не по себе. Держа факел, Шенн озирался по сторонам. За колоннами шли ряды статуй, изображающих людей и животных. Руны на постаментах были незнакомы юноше, а звери и птицы сделаны с таким необычайным мастерством, что пугали и отталкивали Шенна. Огни факелов плясали на зловеще оскаленных мордах, казалось, каменные монстры вот-вот сойдут с постаментов и набросятся на них. А статуи древних вождей провожали дерзнувших проникнуть в храм холодными, бьющими в спину взглядами.

— Сюда.

Ученик свернул вслед за мастером. Позади остались еще несколько коридоров и залов с останками изломанной, покрытой пылью веков мебели. Местами потолок угрожающе прогибался, сквозь проломы выпирали гнилые корни, и осыпалась земля. Наставник остановился, указывая ученику на массивные двери в покрытой изразцами стене:

— Открой.

Шенн схватился за тяжелые створки и сдвинул не без труда.

За ними он увидел небольшое помещение, заставленное какими-то вещами. Ольф вошел и укрепил свой факел на длинном металлическом столбе с причудливо изогнутыми ножками. Шенн последовал его примеру, заметив недалеко такой же столб. Теперь руки были свободны, а комната хоть как-то освещена.

— Здесь лежат храмовые сокровища, — сказал Ольф. — Все, что ты видишь, очень ценится в мире арнов, особенно те красные камни...

Шенн огляделся. По периметру комнаты стояли деревянные сундуки и всевозможная утварь, сделанная из блестящего желтого или белого металла, на специальных подставках блестели причудливо изогнутые лезвия мечей и копий, и прочего оружия, названия которому Шенн не знал.

Некоторые из сундуков были открыты. Юноша заглянул в них и увидел полуистлевшие остатки некогда роскошных одежд из ткани и меха. Один, самый большой, сундук был доверху наполнен удивительными мерцающими камешками ярко-красного цвета. Это о них говорил Ольф.