Под красным именем

Тем же, кто до сих пор напрочь отказывался выходить из Дерстена, также позволялось получать бесплатную пищу и комнату.

Многие игроки были недовольны таким раскладом и считали, что нечестно на халяву содержать таких нахлебников, пока остальные рискуют жизнями, проходя игру.

Но Амарт настаивал на том, что нельзя никого ни к чему принуждать, и участие в освоении Ордекса должно быть исключительно добровольным.

Когда с трапезой было покончено, тарелки — спасибо игровой механике — сами исчезли со стола, и Кессиди, соскочив со стула, отправилась гулять по городу.

Городские развлечения, от которых первое время разбегались глаза, уже успели изрядно надоесть, и дети всё чаще задумывались о том, чтобы всё-таки найти способ слинять наружу и наконец-то нормально поиграть.

К их разочарованию, перелезть через стены игра не позволяла, а стража охраняла выходы из города круглые сутки.

Но они не теряли надежды и внимательно исследовали каждый закоулок Дерстена в поисках секретов и, если повезёт, какого-нибудь потайного выхода из города.

Шагая по безлюдной улице, Кессиди услышала несколько голосов. Судя по их тону, беседа была совсем не дружелюбной.

Пройдя в направлении, откуда раздавались звуки, и осторожно выглянув из-за угла, девочка увидела троих взрослых игроков, одного из которых она не раз встречала на раздаче еды.

— Ну как, хорошо поел? Вкусно было? — издевательским тоном обращался к нему другой игрок. — А ты в курсе, что только за вчерашний день погибло четыре человека? Они, знаешь ли, пытались внести свой вклад в прохождение игры, пока кое-кто тут жрал на халяву!

— Чего вы от меня хотите? — усталым голосом спросил человек.

— Подними свой зад, выйди из города и сделай хоть что-нибудь! Нам противно смотреть, как такие, как ты, живут здесь на всём готовеньком, пока мы снаружи рискуем своими жизнями!

Кессиди не понимала, почему он стоит и выслушивает всё это. Механика игры не позволяла применять к людям насилие в границах города, и он мог просто уйти, послав тех двоих куда подальше.

Но вмешиваться не было смысла — если она вступится за взрослого человека, то этим лишь выставит его на посмешище, поэтому девочка просто свернула на другую улицу и пошла своей дорогой, пока её не окликнул знакомый голос:

— Привет, Кесс.

Девочка оглянулась, не сразу заметив притаившуюся в тени фигуру.