Рассветный клинок

Но, странно я не почувствовал никакого отклика. Хм, интересно почему? Что-то мне мешало, висящее на шее. Я потянулся к нему руками и ощутил на шее кожаное ожерелье.

Это что? То о чем я подумал? Ошейник раба? Я внимательно окинул взглядом, сидящих в клетке. У каждого человека на шее висела полоска кожи, соединенная металлическими концами. Ну, металл мы сейчас можем преобразовать и я тотчас освобожусь от чужеродного предмета. Попробовал и удивительно, у меня ничего не получилось. Концы ошейника, оставались без изменения, такими же холодными и округлыми.

Я более тщательней  обратил внимание на ошейник соседа. Прямо на коже и на металлических концах были начертаны какие-то руны, похожие на латинские буквы и одновременно на китайские иероглифы. Магический ошейник? Надо же, я впервые столкнулся в здешнем мире с магическим атрибутом и он мне очень не понравился. Это что же, я из-за этого магического ошейника не могу связаться со своими големами?

Сколько не *кричал* ментально, так и не услышал никакого отклика.

Потом спросил у соседа, подростка лет четырнадцати.

- Послушай парень, мы где находимся?

- Как где? – тот усмехнулся и сказал с сарказмом – знамо где, в рабстве.

- Извини,  ты меня не понял – поправился я и спросил – что это за местность?

- Ты, что придурок? – разозлился тот, видно до его мозгов не доходили мои вопросы или я их задаю неправильно? – сам что-ли не видишь, степи пошли, скоро к побережью выйдем, а там Костов.

- Слушай ты меня не понял – я набрался терпения, чтобы не вспылить и стукнуть этого вредного подростка по лбу – Костов это что, город, порт? И сколько времени мы в пути?

- Ну, так Костов это и город, и порт – медленно и тягуче тот растягивал слова, передразнивая меня, сразу видно деревенский – а ты стало быть, уже как третий день спишь и не встаешь. Думали, что уже помер.

Вот, ничего себе. Эти сволочи, крепким  сонным зельем  меня опоили. Трое суток в отрубе. Интересно, я проверял дальность действия нашей ментальной связи с големами, тот не превышал двухкилометровую зону.

Спрашивал у этого деревенского увальня, как далеко мы отъехали от того городка, где меня опоили, тот ничего мне не смог сказать. Деревня, есть деревня и меры длины он вообще не знал. Пришлось прибегнуть к его природной сметливости и только тогда я у него вытянул, что за это время мы проехали два больших города, где останавливались на привал.