Новый Рубеж

Это была нелегкая работа, но необходимая, ибо такое количество трупов падальщики не смогли бы переработать быстро, а гниющее мясо неподалеку от жилья совсем не хорошо.Раненая собака чувствовала себя на удивление неплохо. Антон вполне понимал, что оказанная им медицинская помощь была, мягко говоря, неказистой. Однако, несмотря на это, животное шло на поправку. Первые два дня у Антона еще были сомнения на этот счет. Животное лишь лежало на боку, тяжело дыша и поскуливая. Попытки напоить или накормить собаку, по началу, были совершенно бесплодны.

Но уже на третий день собака совершенно неожиданно смогла привстать. Правда, лапы ее тут же подкосились, и она снова упала, но это был первый рывок животного к нормальной жизни и, очевидно, не последний. В тот же день собака впервые недоверчиво съела несколько кусков мяса, брошенных ей Антоном. Честно говоря, теперь он начинал сомневаться, что это была такая уж хорошая затея. Сейчас собака слаба, да. Но что будет, когда она оправится? Не попытается ли она убить своего спасителя? В глубине души Антону это было не столь важно. За последнее время от начал понимать насколько безвыходно его положение, и что без хоть какой-то компании он может серьезно тронуться умом, а должность местного лесного психа ему не казалась слишком заманчивой. Пока.На четвертый день Антону пришлось заняться охотой. Запасы мяса, и так не ахти какие огромные, из-за собаки закончились очень быстро, и свежатинка совсем не повредила бы. Охота затянулась до вечера. Возвращаясь с увесистыми сумками, заполненными еще слегка теплым мясом, Антон заметил издали, что ворота сеней открыты нараспашку. Одна из воротин, кажется была серьезно повреждена. Антон нервно осмотрелся. Неужели собака сбежала? Но как? Еще утром она неподвижной тушей валялась. Бросив сумки около забора, Антон тихими шагами пошел в сторону дома. Ворота действительно были выбиты изнутри. Пусть для этого было достаточно выбить железные запоры, для раненого животного даже это должно было стать крупной проблемой. Какое-то смутное ощущение заставило его оглянуться в ту сторону, в которой находился овраг, ставший могилой для остальных собак. Забор напротив этого места был безжалостно снесен. Порча имущества его не волновала. Местным животным этот забор все равно никогда и не был преградой. Прижав ружье к себе, Антон медленно двинулся в ту сторону. Какая то часть его сознания предлагала забыть о собаке, но в то же время оставить эту загадку просто так он тоже не мог. Не хотел.