Небесные Колокольцы

Я туда полсахарницы положила.

- Ты просто богиня, - отозвался Воронцов. Неожиданная забота его приятно удивила. Хотя он прекрасно понимал, что чай она приготовила для сына. Молодец, похвалил он, выучила урок. Ерничать не хотелось, и он с благодарностью принял чашку обжигающего напитка.

- И куда ты его? - спросила Тамара. - К себе?

- К Зарецким, - ответил Влад, - там на музее защита посильнее.

Он пил чай, а она деловито открывала шкафчики, упаковывала какие-то свертки. Собирала сына в дорогу.

- Зачем? - спросил Владислав.

- Мариша Зарецкая ему не мать, - сухо отозвалась Тамара, - можешь не беспокоиться, мы учились готовить по одному пособию.

Влад вдруг ее пожалел. Она ведь совсем одна, подумал он, ну кто-то есть у нее, наверное. Подруги, мужчины - красивая ведь. Но семьи нет, родных, можно считать, нет. Сабуровы так и остались чужими. Только сын - и тот ее покидает.

- Том, - вздохнул Владислав, - понимаешь… Он хотел было утешить ее, найти нужные слова, но сказать было нечего, и он закончил фразу неожиданно беспомощно: - Я дурак.

Тамара покачала головой.

- Ты не дурак, Воронцов, - усмехнулась она, - твоя беда не в этом. А знаешь в чем?

«Если и она скажет, что я считаю себя центром вселенной, - уныло подумал Влад, - мне остается только повеситься».

- Ты ни черта не понимаешь в женщинах, - закончила Тамара, и он перевел дух.

- Угу, - пробормотал он, думая о разговоре с Зеркальцем, - похоже, ты права.

…Ее волосы разметались по подушке, а рука легла на его плечо.

С первого дня, как они остались в доме одни, он чувствовал себя как черти на сковородке. При том что всю зиму, пока Сабуровы жили у Зарецких, не испытывал к Тамаре никакого влечения. Жена друга, соседка, старая знакомая - и все, не более. 

Для Юрки война продолжалась. Бедствовать им с Тамарой не приходилось, он получал неплохое жалованье, она тогда уже подрабатывала за швейной машинкой и заговаривала время от времени о том, что можно бы снять уже не комнату, а небольшую квартирку - Денис растет, места маловато.

Владислав его понимал. Сам он всю зиму доказывал бюрократической машине, что имеет полное право на квартиру пропавшей без вести тетки. Дом, в котором когда-то жили его родители, сгорел до головешек, полученной страховки ни на что не хватало - цены на жилье после войны подскочили вдвое.