Небесные Колокольцы

Руки на груди, он стоял один,Неподвижный взор устремляя вдаль,Горько говоря про свою печаль:«Я пробрался в глубь неизвестных стран,Восемьдесят дней шел мой караван;Цепи грозных гор, лес, а иногдаСтранные вдали чьи-то города,И не раз из них в тишине ночнойВ лагерь долетал непонятный вой.Мы рубили лес, мы копали рвы,Вечерами к нам подходили львы.Но трусливых душ не было меж нас.Мы стреляли в них, целясь между глаз»

За окном густела бархатная темнота, когда музыка смолкала, оглушительно трещали цикады, тонкий месяц еле серебрился на небе, полном отборных звезд.

И от того, что они знали - вернутся с войны не все, вечер был еще пленительнее.

Они ошиблись. Смерть их пощадила. 

Этой ночью Зеркальце стала его женой. Не по паспорту, конечно, но это ничего не значило… А утром, на удивление серым после долгих солнечных дней, они уже грузились в машину, потом в самолет, уносивший их все дальше от горной сказки к будням войны. И дела им предстояли кровавые и страшные.

Идут из отдаленной страны, от края неба, Господь и орудия гнева Его, чтобы сокрушить всю землю.

***

Эмиссар Барона покинул территорию гостиницы, где проживала большая часть обслуживающего персонала делегации, ровно в восемнадцать тридцать и под мелким холодным дождиком устремился к остановке автобуса. Транспорт в Республике, надо сказать, ходил точно по расписанию, и нужный автобус раскрыл свои двери в расчетное время.

Олег Павлович затесался среди людей, штурмующих  двери, и протиснулся в центр тесного салона.

Филер, разумеется, уже спешил к дверям и в последний момент сумел заскочить в автобус. Но на несколько драгоценных секунд он подопечного из виду потерял, чем тот не преминул воспользоваться.

Обычно в таких случаях применяли личину - меняли  внешность. Но в первый же день Варан понял, что все филеры, приставленные к делегации, оснащены простыми, но крайне надежными амулетами, позволяющими распознавать морок. Поэтому, спокойно проехав пару улиц, Олег Павлович, как только автобус начал тормозить перед очередным ярко-зеленым павильоном остановки, сложил пальцы в один из жестов концентрации и пристально всмотрелся в пожилого мужчину, пробивавшегося к дверям.

Моментально насторожившийся филер закрутил головой. Вышедший мужчина очень кстати раскрыл огромный зонт, полностью скрывший его от взглядов тех, кто остался в салоне, и двинулся в глубь квартала. Филер, придержав закрывающиеся двери, выпрыгнул следом.

Затея удалась.