Молот Времени: Право Сильного

Наверное, был какой-то высокий смысл в том, чтобы над Тул-Багаром взвился вымпел с изображением пылающего факела, — не знаю, мне не объясняли... Не знаю и не хочу знать. Потому что тогда придется решать, придется взвешивать на невидимых весах собственной души: что мне дороже, пресловутый «высокий смысл» или погибшие друзья?

Не хочу. Не буду. Сами спасайте мир, а я уж тут, трактирным вышибалой... Бесплатная жратва, выпивка, крыша над головой опять же...

Примерно такими словами я и объяснил ситуацию сайэру епископу.

— Во многом ты прав... Хотя, как мне кажется, если бы с тобой до Тул-Багара добрался хоть один маг, всё могло быть совсем иначе. Линии Темной Силы ведь пересекаются в Тул-Багаре не просто так, не по капризу географии. Возможно, артефакт — сама башня, а ты не смог этого понять... Ты помнишь, каким был наш мир до Катаклизма? — неожиданно сменил он тему.

— Мне было тогда восемь лет. Что можно запомнить в этом возрасте?.. Помню дом, помню родителей, — и то смутно. А мир... Много ли мы знаем о мире в раннем детстве?

— Ну так посмотри.

Рука сайэра епископа вынырнула из складок сутаны, и я увидел не зажатое в ней оружие: всего лишь большой кристалл — прозрачный с фиолетовым отливом. Кристалл мерцал, переливался, затем из него вырвался расширяющийся конус света, уперся в стену, — и стены не стало. Теперь вместо нее я видел Лаар — с высоты даже не птичьего полета, но таким, каким он видится, наверное, из небесных чертогов Пресветлого Сеггера.

Это был совсем иной мир. Лишь отдаленно похожий... Я узнал знакомые очертания горных пиков Страны йордлингов, но за ними начиналась не выжженная каменистая пустыня, бесплодная и покрытая глубокими трещинами, — зеленела бескрайняя степь, и пересекали ее голубые линии рек, и паслись на их берегах бесчисленные стада каких-то животных...

Взгляд скользил по тому Лаару, который я никогда не видел, — казалось, мы с сайэром епископом не сидим в моей комнате, а летим в небесной вышине, любуясь новыми и новыми видами.

На месте Лухаарской котловины — гнусного местечка, населенного мерзкими и хищными тварями, — взгляду открылось обширное синее пространство, и я не сразу сообразил, что это море.

Море... Никогда не видел море вживую, только на старых картинах... А эта белокрылая громадина, скользящая по волнам, — корабль.