Лучник-2

Меня переломило пополам, а во рту появился горький привкус желчи.

– Ты меня разочаровал, брат. – Прорычал Джаггернаут, схватил меня за волосы и с силой вздёрнул, заставляя встать на цыпочки.

– Я убил своего брата! – Просипел я.

Ухватился обеими руками за запястье и подпрыгнул, подтягивая ноги к груди. Резко распрямился, нанося удар обеими ступнями в лицо. Исполин отшатнулся, а я полетел на землю, оставив клок волос в пятерне. Едва успел сгруппироваться и, кубарем прокатившись по траве, вскочил на ноги.

Гигант накрыл лицо ладонью, с подбородка струится кровь, падает на пластины грудных мышц. Плечи затряслись, он отнял руку глядя на кровавое пятно и запрокинул голову, заливаясь хохотом.

– Хорошо! ХОРОШО! ДА!

Я едва увернулся от нового удара, гигант движется немыслимо быстро. Кулаки рассекают воздух с леденящим свистом, смазываются и вроде даже раздваиваются, умудряясь атаковать сразу с трёх сторон. Птицы испуганно притихли, и по лесу разносится только тяжелое дыхание и смачные звуки, будто дубинами бьют по сырой глине.

Один удар Джаггернаута попал в дерево, ствол треснул и разлетелся острой щепой. Дерево тяжело завалилось, перечеркивая поляну пополам, из кроны выпрыгнула чёрная белка и, вереща, скрылась в чаще.

Краем глаза увидел Кристу, смотрящую на нас во время коротких перебежек от дерева к дереву. В голове мелькнуло паническое:

«Убегай, дура!»

Девочка нырнула в папоротники и выскочила, сжимая мой нож.

Застыла, совсем забыв про свой, висящий в ножнах, на поясе. К счастью, Джаггернаут не обращает на неё внимания, целиком отдавшись жажде убить меня.

Я стараюсь уворачиваться или принимать удары на блок или плечи, но рёбра уже сломаны. При каждом движении тело пронзает острая боль. Душ для поглощения не осталось, и силы неумолимо утекают, как вода через сито.

– Ты всё ещё слаб… – почти прорыдал Джаггернаут. – Надо было убить тебя тогда, на арене.

Он ухватил меня за руку и, как пустой мешок, шваркнул о землю.

Изо рта плеснуло кровью, а я безвольно выгнулся, теряя сознание от боли. Тело застыло в образовавшейся выемке, Джаггернаут навис надо мной. По лицу врага катятся слёзы обиды, а губы сжаты в тонкую линию.

– Я так надеялся на тебя… – Пророкотал он, опускаясь рядом и занося кулак для финального удара. – Пора прощаться, бра…

Два красных копья вонзились ему в грудь, отбросили от меня.