Бессмертные Противостояние

И тем самым заверить Царицу Шаранг в том, что помню своё обещание сделать для неё скрижали «Возрождения». Чем и займусь незамедлительно, сразу после церемонии Исхода.

– Хм, ты умеешь интриговать, квартерон…

Я встал и открыл нишу в соседнем шкафу. Надо же, дед заморочился даже футлярами из чёрного лакового керамопластика. Да ещё и ручки под бронзу. Позёр… Хотя, это же подарки царскому дому.

Первым я, естественно, взял длинный футляр и положил его на панель перед чаррой. Глухо щёлкнули замочки…

На губчатой поверхности внутреннего ложа футляра покоилось копьё из сплава, аналогичного моим новым Ключам Матери и Сына.

– Прими его от меня, чара Будан из дома Дофан, прозываемая Золотое Копьё! Девять смертей, принятых от тебя, научили меня нескольким истинам. И одна из них – подлинный воин всегда должен быть предан своему оружию. Прими и прости, что я лишил тебя копья. Уверяю. Это послужит не хуже.

Шаранг, коротко взглянув на меня, осторожно провела подушечками пальцев по лезвию, играющему сполохами рун, по древку из непривычного керамопласта, но сохраняющему грубоватую структуру дерева.

Мгновение! И копьё замелькало в умелых руках, показывая жало наконечника то из-за плеча чарры, то останавливаясь в миллиметре у голенища её сапога.

– Ты… – было видно, что эфери хочет многое сказать, но от волнения не находит слов.

– Не надо благодарности, чарра. У меня будет лишь одна просьба. Будет не совсем правильно отметить подарком только одну славную представительницу семьи Дофан, что сражалась в поединке чести с владеющим родовым оружием.

На этот раз самообладание чарры всё же дало трещину… Пальцы Будан задрожали. Она не решилась прикоснуться к оружию и быстро закрыла футляр. Мне показалось или удалось смутить самую стойкую Шаранг в Дальсахре.

Копьё же так и осталось в руках воительницы. Будан ни на минуту не расставалась с новой игрушкой, даже когда я сопроводил её обратно к столу, помогая нести футляр с глефой.

Не успел я присесть и выпить новый кубок за здоровье Князя, Царицы Шаранг и Верховной, как на освободившийся рядом стул присела Керен и молча стала сверлить меня взглядом, от которого мой аппетит пропал напрочь.