Клан Боевых Хомяков

— Антон Олегович этого придурка зовут, фамилии не знаем,— злобно сказал Мангуст. — Мажорик махровый такой. А наш куратор его называет Хозяином.

 — Не, — покачал головой Вован. — Имя тут ничего не говорит, а хозяином все игроки, работающие по контракту, своих нанимателей  называют. Надо ник знать.

Все хомяки пожали плечами.

— А у вас вроде куратор есть? Его как зовут? — оживился опять Вован. — Через него можно хозяина пробить!

— Конан, — ответила Белка.

— Мля… — скорняк медленно поставил кружку на стол.

— Мне сразу этот Конан не понравился, — грустно сказал Крыс.

— Конан — охрененный мужик! — твёрдым голосом сказал как будто резко протрезвевший Вован. — Один из лучших игроков среди тех, кого я знаю, и человек с большой буквы. Ну как минимум в игре. В реале с ним не знаком. А вот шеф его, хозяин ваш — самое последнее дерьмо! Это про него я вам минуту назад говорил, что он один такой полный урод под Северной Звездой!

— Погодите, — наконец-то и Крот вступил в разговор.

— Нет, братишка! Этого ещё не хватало! — Вован отмахнулся. — Мне достаточно того, что люди рассказывают.  

— Простите, а что они рассказывают? — спросил Крыс.

— Да многое! Узнаете ещё. Но в любом случае вам всё равно повезло, что вы Конану достались. Мог другой куратор попасться, какой-нибудь утырок типа Видара. Вот тогда бы вам тут точно жизнь малиной не показалась. Как-нибудь с Видаром познакомитесь, поймёте, о чём я.

— Уже познакомились, — сказала Белка.

— И сразу же поняли, — добавил Мангуст.

— Ну не знаю, насколько уж там Конан замечательный, скорее всего так и есть, — сказал Тузик. — Только он нам постоянно что-то недоговаривает. А это неимоверно напрягает. 

— Знали бы вы, ребята, в какой он находится в ситуации, — защищал Конана Вован. — За одно то, что он терпит от вашего Хозяина, ему памятник надо поставить!

— Я извиняюсь, а не могли бы Вы поподробнее нам про нашего хозяина рассказать? После той вводной, что Вы дали, как-то совсем неспокойно стало, — осторожно попросил Крыс.

— Да что про него рассказывать? — Вован отхлебнул из кружки, подозрительно посмотрел на слишком долго протиравшую стол официантку и, сделав голос немного тише, сказал. — Я собственно всё и сказал. Он полный и конченный моральный урод и придурок. Его в игре никто не уважает, но очень многие боятся.

— Почему? — не удержалась от вопроса Белка.

— Почему? — скорняк усмехнулся.