В Дикой земле

С острой синей… бородой? Она ведь так называется, шерсть на лице, да?

Синяя борода, лихорадочно думал Тобиус, знаменитая синяя борода, которую никто так и не решился повторить ни при жизни Абсалона1, ни после его исчезновения. Нет смысла подражать неподражаемому, только насмешек соберёшь, ведь только один волшебник в истории Валемара носил на лице синеву. И он был здесь. И теперь Тобиус стоял перед тем, кто видел его, говорил с ним… В тот момент даже мыслям о безумном наркотическом прозрении, которое провело его сквозь эпохи и каким-то образом позволило коснуться невероятного величия Джассара, не осталось места.

# # 1 Титул верховного мага мира, эквивалентный титулам Мага Магов и Владыки Всего.

— Он пришёл к нам тогда, — припоминал гигантский тестудин, — сошёл с небес, вооружённый кудесными огнями. Он говорил с нами, хотел знать наши секреты, да. Хотел. Мы показали ему, и он сказал, что секреты наши бесполезны для него. Да. Так и было.

Тобиус утёр ладонью пот, затем спохватился, сгустил из воздуха воды и, не чинясь, умылся прямо перед Лучшим Направляющим.

— Во взгляде дело, да, — пробормотал тот, когда волшебник вновь обратил к нему лицо, ещё слегка влажное, но зато сосредоточенное и ясное.

— А что за секреты, осмелюсь спросить? Конечно, я понимаю, что секреты на то и секреты, чтобы…

— Запруды, — молвил Ду-Гэмон.

— Что?

— Кудесник знать желал, как строим мы Запруды. Мы учили его, но потом сказано было, что знание это ему бесполезно, да.

На высоком лбу Тобиуса мимовольно собрались все доступные по возрасту морщины.

— Запруды? Какие ещё запруды? В его реки перекрывать учили?

Если бы у него были губы, звук, который издал Ду-Гэмон, можно было бы назвать причмокиванием. Тестудин медленно поднял руку с очень длинными жёлтыми когтями и протянул её в сторону вишни. Тобиус подумал, что ему пытаются указать на дерево, пробудил чары Истинного Зрения, Внутреннего Взора, взглянул, но не увидел ничего кроме жёлтого листка, сорвавшегося с ветки и, медленно кружась, опустившегося в воду бассейна.

А потом кончики когтей коснулись чего-то в воздухе и по ткани реальности побежали круги, мелодичный нематериальный звон коснулся ушей человека. Впервые оказавшись по эту сторону, он увидел, как появилась сфера бирюзового света, заключившая в себе часть реальности, в которой пребывало дерево и при малейшем движении руки Ду-Гэмона, листик повторил свой изящный неповторимый полёт.