Бермудские лётчики

Темноту разъедают красно-оранжевые пасти огня, облизывая языками углубленья в остроконечных скалах и впадины мрака, где шевелится что-то склизкое, а само пламя бесконечно режет иссушенную почву.

Никакого боя не было. Ложная тревога? Вряд ли, конечно.

Но ощущалось, что Преисподняя всё равно наливается силой, готовясь к чему-то великому (при этом повторяющемуся на протяжении немыслимо долгого времени).

Лётчикам пришлось сбросить скорость до минимума. К ним летел Азазель.

- Приветствую земных помощников! – прокричал перепончатокрылый демон, острозубо улыбаясь.

Чёрные «водопады» огня висели гигантскими стенами со всех сторон, пока НЛО и самолёты скользили через задымлённый воздух, ведомые знаменосцем Тёмного Воинства, а далеко внизу извивались огромные черви, напоминавшие крючковатые корни (если смотреть на них из кабины истребителя). Медленное пламя переливалось сумеречным свечением отчаяния, местами переваливаясь за горы тлена и пепла адской окраины.

- Отсюда виден Пандемониум! – удивился Оскар, всматриваясь туда, где возвышались исполинские строения, чудовищные в стилистике своей архитектуры. Тёмно-красная башня примерно по центру адской столицы была наиболее заметна (она выделялась среди остальных, как обугленный кипарис в окружении обгоревших кактусов).

- Чертовски красиво, - пошутил Киро, уводя «Перо» с пути жарких потоков воздуха, несущихся прямиком из пекла Пандемониума.

Завидев приемлемо ровную площадку, протянувшуюся на пару километров и тускло освещённую вереницей костров, пилоты стали заходить на посадку.

Азазель, иногда именуемый «Нечистая Птица», продемонстрировал настоящий мастер-класс по технике парения на малых скоростях. Неземной посадил свою «тарелку» сразу за демоном.

Кстати, Азазель сейчас выглядел не как дракон с дюжиной крыльев, а просто как кошмарный весельчак, похожий на какую-то летающую крысу. Демон величавым жестом указал в сторону местных «жилых» домов, приглашая пройтись. Пилоты с провожатым направились к оплавленным строениям, внутри которых блуждали голоса, кто-то рычал и хрюкал в припадках смеха.