Бермудские лётчики

Весёлый вечер только начинался.

Совсем скоро станет темно, и у города откроется второе дыхание для развлечений. Всё будет шумно, чуть ли не с фейерверком возле каждого перекрёстка. День резко превратится в ночь, долгую, сладкую, приятно прохладную, как горячительный напиток со льдом. Возможно, последний шанс насладиться жизнью по полной. Лётчики так сильно его ждали.

Новый вылет

Конечно, приближалась необычная гроза. И старина Леви с высоты диспетчерского пункта наблюдал за её зарождением. Далёкие тучи искрили иглами молний.

Океан волновался, разгоняемый резким ветром, который также заставлял трепетать аэродромный ветроуказатель. Горизонт темнел всё сильней…

И вот свершилось! Пробился сигнал.

В эфире радиостанции вместе с треском помех Леви отчётливо услышал вой горна и мрачный перезвон колоколов. Какофония звуков продолжалась почти минуту, затем всё стихло, а грядущий шторм, в свою очередь, набирал обороты.

Диспетчер тяжко вздохнул и снял трубку внутреннего телефона базы…

Спустя две минуты генерал Хантер собрал пилотов у себя в кабинете.

Скрывая тревогу за фасадом суровости, он произнёс напутственную речь, краткую и без лишних эмоций.

- Я так и не понял, на этот раз мы за красных или за белых? – шутливо переспросил Киро, стараясь слегка разрядить напряжённую атмосферу «собрания».

- За интернационал вы, как обычно. Будто ты, Прист, не знаешь? – начальник авиабазы невесело улыбнулся, вгляделся в лица лётчиков напоследок. – Помните главное: вы выполняете одно из самым важных заданий на всём белом свете… Удачи, ребята.

И теперь – по машинам, сукины дети!

Когда они стремительно «выпорхнули» из его офиса, генерал погасил верхний свет, оставив только лампу под гладким зелёным абажуром на столе, сносно отгонявшую сумрак, прошествовал к невысокому секретеру, над которым висела карта «треугольного» участка Атлантики (от Флориды до Пуэрто-Рико, а дальше к Бермудам), и вынул из хьюмидора пирамидальной формы толстую кубинскую сигару.

Любовь к лётному делу и крепкому табаку были, пожалуй, единственными слабостями генерала Хантера.

В коридоре пилотов приветствовала Катарина, одновременно провожая их на бой. Она выглянула из медицинского отсека, чтобы посмотреть на моральное состояние своих подопечных. Женщина-врач осталась довольна увиденным.

Для безумного вылета в Треугольник требовалась смелая решимость. И она у них была. Наверное, даже в избытке.