Угроза

Если орк хватает полюбившуюся ему женщину за волосы, валит на землю и тащит в свою нору, а тролли для того, чтобы дама поняла его нежные чувства, лупит эту даму своей дубиной по голове, то мы так себя не ведём.

Мы, эльфы, приверженцы романтики, высоких отношений и чувств. Мы посвящаем предмету воздыханий бесчисленные сонеты и баллады. Мы выращиваем вокруг жилища девушки массу орхидей, насыщающих воздух вокруг изысканными благоуханиями. Ночью слышатся аккорды арфы, вплетающей свой голос в звуки ночного леса органично и таинственно.

Впрочем, что-то я увлёкся. Мариэль чётко уяснила задачу и целенаправленно рыла в том направлении, безжалостно отбрасывая всё постороннее.

Я кивнул Анатоласу, молодому Лесному эльфу, указывая на Мариэль. Он понятливо улыбнулся. Для Мариэль всё постороннее, и было всем посторонним. Анатолас пристроился рядом с девушкой и начал перебирать отброшенные ею свитки.

– Ну, что? – спросил я Вениэля, пробираясь к нему через залежи эльфийской беллетристики.

Тот только безнадёжно махнул рукой.

– Что так? – поинтересовался я, усаживаясь на кресло, рядом с архивариусом.

– Мы разобрали двадцать четыре стеллажа, – педантично отозвался Вениэль. – Вот так.

– Так это же неплохо, – подбадривающе сказал я.

Вениэль повернул ко мне лицо. Прищурил воспалённые глаза, и криво усмехнулся.

– Это при том, что стеллажей столько, что и сосчитать невозможно?

Он скривился, рассматривая стопку листов перед собой, помахал рукой, разминая кисть, и с отвращением ткнул пальцем в перо, торчащее из чернильницы непроливайки.

– Черти бы побрали эти магические законы! Я не могу воспользоваться компьютером из-за них! Приходится шкрябать этой гадостью, постоянно тыкая в ту гадость! Ну, какие условия для работы? Я вас спрашиваю молодой человек!

– На себя посмотри! – буркнул я. – Каких-то шестьдесят лет разницы, а уже из себя старика корчит… Вон свиток лежит… Видишь второй стеллаж слева? Помнится мне, что там есть такое заклинание: «перенос слов сказанных в вид письменный»… Или наоборот… Точно не помню.

Вениэль живенько выскочил из-за стола и начал лихорадочно копаться в свитках. Да, видимо его эти письменные упражнения здорово допекли.

– Димка! – донеслось от Мариэль. – Подойди сюда! Мне кажется, что это интересно.