Хранители народов

— Я? — изумленно переспросил Ваня. Он ухватился за ее руку и неуверенно поднялся. — Я тоже дракон? Но как?.. Драконы же не существуют!

 — Теперь существуют, — продолжила она. — Они, в принципе, давно существовали, только не в вашем мире.

— Так мы сейчас в другом мире? — удивленно спросил мальчик, оглядываясь вокруг.

— Нет, — покачала головой Иресса. — В другой мир я тебя переносить не стала. Это тот самый мир, в котором ты родился и живешь.

Ваня удивленно посмотрел на нее:

— Но я никогда не видел такого места! Как мы сюда попали? И откуда здесь взялись драконы, если ты говоришь, что их тут раньше не было?

— Это наше царство, — терпеливо пояснил Рохасс, опять переходя на телепатическое общение, только делая его слышимым для всех: — Оно называется Идаг-зара.

У Ваньки отвисла челюсть — видимо, это слово было ему знакомо.

— Так вы еще и маги! — наконец восхищенно выдохнул он.

Теперь на Ирессу с Рохассом он смотрел с благоговением.

— А я тоже так смогу? — с надеждой спросил Иван.

— Конечно, — подтвердила Иресса. — Ты как раз дракон-маг. Только тебе надо пройти инициацию, чтобы окончательно стать драконом и посвятить много времени обучению.

 — Правда? — обрадовался мальчик. — А что это за «инициация»? И как ее проходить?

— А мы ее можем сейчас провести, — предложил Рохасс.

— Я, наверное, готов! — заявил Ваня.

Он нерешительно посмотрел на Ирессу.

— Только я же не попрощался с родителями!

— А зачем тебе с ними прощаться? — удивилась та.

— Ну как же? Я же теперь здесь жить буду, — неуверенно сказал Ваня. — Как дракон.

Иресса засмеялась и пояснила:

— Мы пока не будем менять твой внешний вид. Ты будешь драконом в человеческом облике. И будешь дальше жить с родителями, как и жил до сих пор.

— Да-а-а? — разочарованно протянул мальчик.

Он-то уже представлял себя могучим огнедышащим драконом, высотой не меньше двух, нет — трех метров, а длиной и все пять, нет — восемь. Небось все бы его тогда боялись и уважали. А тому, кто не боялся, он струей пламени мигом привил бы это чувство.

Иресса, прочитавшая его сладостные мечты, лишь фыркнула. Мальчишка! Ничего, подрастет — образумится.