Расширяя границы

Тарас, не тяни! Давай работай!

— Уже! Валентина… э-э-э…

— Антоновна, — быстро подсказал я.

— Да! Прошу вас прилечь на это ложе.

— Куда? — Мама с недоверием рассматривала слегка переливающийся воздух у тотема.

— Не бойся! Оно выдержит! — Я похлопал по поверхности «воздушного ложа». — Оно и не такое выдержит! Мы тебе сейчас цветной сон будем показывать.

Мама нерешительно взглянула на отца.

— Ложись! — пожал плечами тот. — Мы сейчас столько непонятного увидели, что одной непоняткой больше, одной меньше — не имеет значения.

— Миша! — ласково сказал Алекэль. — Вот эта процедура и служит для того, чтобы вы все понимали. Поверишь ли, я сам был в шоке, когда со мной провернули такую же процедуру. Но не пожалел! Быть эльфом — это что-то!

— Кем?! — поперхнулся папа.

— Эльфами, Миша, эльфами. И твой сын, действительно, этим руководит. Мой Вадька, кстати, тоже не пасет задних! Предводитель самого многочисленного из наших народов, Лесных эльфов. Каково?

— А ты? — поинтересовался отец, с беспокойством поглядывая на священнодействующего Тараса.

— Я?.. — Алекэль замялся и обернулся ко мне: — Макс, мы с Вениэлем обнаружили один момент, надо бы обсудить…

— Позже, Алекэль, — отозвался я. — После инициации.

— Да что за имя у тебя такое дурацкое? — спросил папа.

— И никакое не дурацкое! — оскорбился Алекэль. — Если хочешь знать,  частица «эль» обозначает наше благородное происхождение. Мы, как-никак, Высшие эльфы —  эльфы Крови….

Отец охнул.

Мама начала изменяться. Прямо на глазах пожилая женщина помолодела. Разгладились морщины на лице, исчез второй подбородок, посветлели, удлинились и завились волосы. Ее фигура подернулась флером и снова прояснилась, одетая во что-то воздушное и прекрасное одновременно. Лицо стало удивительно похожим на лицо девушки-тотема.

Лицо отца посерело и он схватился за левую сторону груди. Я рывком переместился к нему и подхватил на руки, одновременно накладывая «Целительное прикосновение».

— Миша! — подскочил к нам Алекэль. — Что это ты вытворяешь? Не хватало нам еще такой «радости»!

— Что у вас происходит? — крикнул Тарас, быстро направляясь к нам.

— Сердце! — озабоченно проговорил я, прокачивая потоки целительной энергии.

— Ничего-ничего! — прохрипел папа. — Это сейчас пройдет. Мне бы таблеточку валидола. У меня в кармане есть.

— Конечно, пройдет! — свирепо заговорил я, наблюдая, как уходит серость с лица отца.