Шпион

***

К счастью, в башне меня не заперли, а снова разместили в той уютной комнате, в которой я был в первый день. Первым делом я направился в душ. А когда вышел, чувствовал себя куда бодрее и чище. Одежду с чёрными брызгами крови я бросил в корзину — с глаз долой. Но это не сильно помогло, в голове по-прежнему была пустота. Я будто бы сам отстранялся от каких либо мыслей, боясь наткнуться на осознание того, что произошло. Мне нужно было отвлечься, переключиться на что-то.

На столе уже стоял ужин, но мне бы и кусок в горло не полез.

Поэтому я, натянув шелковый просторный халат, уселся на подоконник и бездумно уставился в окно.

Две луны плыли неспешно по небу, так близко друг к другу, будто влюбленные желающие слиться в поцелуе. Внизу межу аллеек мелькнула громадная черная тень — снова тот призрачный лев.

Внезапно в дверь робко постучали. Кто там еще? Сати?

— Да! — отозвался я.

Но в комнату никто не вошел и снова постучал.

Я, злясь, сполз с подоконника и зашагал к двери. Резко распахнул — за дверью стояла незнакомка.

Не похоже, что из прислуги. Длинная восточная юбка с множеством бусин и золотых монеток на поясе, такие же бусы вплетены в многочисленные тонкие черные косички, украшающие голову девушки; короткий лиф, расшитый золотом, плоский смуглый живот разрисован золотыми узорами. И сама девушка, будто сказочная Шахерезада: полные губы, раскосые глаза зеленые, и улыбка таинственная — колдовская.

— Можно? — соблазнительно улыбнувшись, спросила она.

— Можно, — я отступил на шаг, пытаясь понять, зачем она пришла.

Единственное, что приходило в голову,судя по ее наряду, сейчас она спляшет для меня танец живота. Что ж, забавно.

— Я Лейла.

— Азиз.

— Свамин Зунар Хал преподносит меня Азизу Игалу в качестве подарка, — сказала она, поклонившись, радостно улыбнулась, обнажив белоснежные зубки, да так искренне улыбнулась, будто быть моим подарком мечта всей ее жизни.

Я молчаливо разглядывал ее. Красивый подарок, что тут скажешь. Правда, мне никогда не дарили людей, и я немного растерялся.

Тем временем Лейла, расценив мое молчание по своему, аккуратно ножкой толкнула дверь, заперев её, и одним движением запустив руку за спину, расстегнула лиф. Золотой кусок ткани упал на пол, упругие груди с крупными темными сосками уставились на меня.

— Азиз, — она приблизилась, облизывая пухлые губы, ее голос: чувственный и бархатистый действовал на меня гипнотически.

— Ты можешь делать со мной, все, что захочешь. Теперь я принадлежу тебе. Всё...