Время Тьмы. Часть 1. Некромант

Хоть кол на голове чеши. И разве ей откажешь? Одно слово – упрямая баба! Та ещё порода – Ирвигов, этих проклятых колдунов! Поэтому предупредить Императора не мешало бы. Глядишь, и мне чего – за словцо, вовремя сказанное, от его щедрот перепадёт». 

Ругаясь больше в силу характера, чем от злости, Валх, подбегает к огромной лестнице, больше похожей на мост. Жадно хватая ртом воздух, старик замечает, что, у первых ступеней, мелькают огромные тени горгулий. Блеснув во тьме жёлтыми глазами и щёлкнув пастями, усеянными острыми зубами, они расправляют крылья.

Валх замирает, внимательно наблюдая за каждым движением бестий. Горгульи, шипя друг на друга, выпячивают грудь, и, переглянувшись, склоняют уродливые головы. Знак получен, можно идти.

Старик, минуя стражей, ускоряет шаг и начинает долгий подъем наверх. За его спиной мелькают серые тени, горят красным огнём жадные до человеческой плоти буркала. Внезапно, откуда-то сверху раздаётся могучий рык, который внезапно обрывается, сменяясь тихим уханьем. 

«Зверинец Императора на прогулке, – Валх поднимает светильник выше и оборачивается, – нежить и монстры.

Быстро перебирая рукой по украшенным витиеватой резьбой перилам, старик, едва переставляя ноги, наконец, ступает на ковровую дорожку, теряющуюся в чёрном зеве огромного коридора. Остановившись и отдышавшись, Валх, точно решая, идти ли ему дальше, делает осторожный шаг вперёд. 

«Теперь уже обратной дороги нет», – думает старик, видя, как вдоль стен, сами собой зажигаются факелы.

Пламя, высвечивая выдолбленные на потолке рунические символы, разгоняет царящий вокруг сумрак. Слышен звук работы хорошо смазанных механизмов. В нишах открываются люки потайных бойниц. Из них торчат стволы аркебуз. Каждый в замке знает, что стрелки готовы открыть огонь при одном неловком движении.

 Навстречу Валху размеренно шагают огромные, на голову выше любого человека, дренги – нелюдь из Пустошей. Личная гвардия Императора, с головы до пят закованная в чешуйчатые доспехи, которые, кажется, растут прямо из тела.

Погасив светильник, старик, застыв, стараясь не дышать, медленно снимает с шеи распятье и вытягивает его вперёд. Чётко выговаривая слова, он произносит:

– Консул Высшего Совета Валх, желает видеть Императора! 

Воины молчат. В смотровых прорезях шлемов видны налитые кровью глаза.