Всадники Роха

- Не знал тикксу? – в глазах мелькнуло удивление, сменившееся догадкой. – Так ты легадо? Руси? 

- Легадо, легадо, - проворчал Сергей. – Чужемирец, если вам это известно. 

- Наслышаны, - кивнула старуха. – И то, не могли сразу сообразить, что ты не похож на местных. Больно светлолиц. 

- Так что со мной произошло?

- Укус тикксы вызывает смерть от магических преобразований. Сначала отнимаются ноги, потом глаза перестают видеть, начинаются мороки, человек не может дышать. Слабый человек умирает через сто шагов, более сильный может прошагать дольше.

- Питается мертвецами?

- Нет, собака не ест трупы, а питается душой, забирает всю силу и энергию. Так и живет. Как же ты ушел от тикксы?

- Вогнал в его гнилую башку «кобрар» из своего волшебного ружья, - приукрасил ситуацию Сергей, почувствовав холодное дуновение смерти, пронесшееся по позвоночнику. 

- Его невозможно убить, - с сомнением произнесла старуха.

- Угу, расскажи это кому-нибудь другому, - хмыкнул Низовцев. – Я видел собачьи мозги на камнях, как вижу тебя перед собой. Сдох ваш тиккса. 

- Может, тебе повезло, что ты из чужого мира и твой «рифл» смог обойти магическую защиту тикксы? – старуха задумалась и потерла подбородок. – За твою жизнь боролись три наших жрицы, сменяя друг друга. Ты был за гранью этого мира, и мы уже начали готовить тебя к обряду отпущения. Не верил никто, кроме меня и Матери. Вчера увидели, что тебе стало лучше.

- И сколько я уже здесь валяюсь? – Сергею стало любопытно, потом, когда ответила старуха, слегка поплохело. 

- Две полных луны прошло и десять дней. 

- Ох, ты ж, - поежился Сергей. Если учитывать, что лунный цикл в землях Роха занимал около тридцати пяти дней, то выходило, что восемьдесят суток он провалялся в бреду между жизнью и смертью. – Я, наверное, ходить разучился. И все тело в пролежнях. 

- За тобой ухаживали, - уголками губ усмехнулась старуха, - мыли и обтирали.

Сергей густо покраснел. Хорошо, что в хижине полутьма, не видно его лица. Старуха с кряхтением поднялась, провела ладонями по бедрам, оглаживая платье, и вышла наружу. Низовцев решил посмотреть, что с его ногой. Откинув одеяло из мягкой шерсти какого-то животного, он удивленно хмыкнул. В постели он лежал абсолютно голым, чистый и умытый.