Вор и проклятые души

Чуть склонила голову набок, уронив две пряди на лицо, это сделало ее еще соблазнительней.

— Будем знакомы, Николас!

Вампирша подошла ко мне и протянула руку.

— Я рада вас видеть, — она вновь улыбнулась.

А спину будто обожгло! Взгляд Томаса Велдона вонзился в меня!

— Гард! — воскликнул он. — Твое грехопадение не должно быть большим!

Я оставил церковника без ответа. В сравнении с тем, что было сотворено, следующий мой поступок — сущий пустяк. Николас Гард склонился в вежливом поклоне, отведя когтистую лапу за спину, и взявшись человеческой рукой за тонкие пальчики, поцеловал их.

От нечисти в женском обличье пахло духами.

Будто не в глухом, дремучем лесу, а во дворце посреди бального зала. Вампирша ничем не отличалась от живой. Я ожидал получить холодное прикосновение. Думал, что прильну губами к давно остывшим пальчикам. Но Ирма ничем не походила на неживую. Ни за что не принял бы ее за нежить. Да и день нынче, а вампирша, облаченная в роскошные одежды, ничуть не боится дневного света.

Мы в зимнем лесу, где солнца хоть и мало, но оно есть, и вампиры дневной свет не жалуют в любом случае.

Кажется, эта вампирша была исключением из правил.

— Ирма — моя верная слуга, — рядом появился Сатана. — Она призвана сюда, чтоб вывести вас из Запустения. Хотя инквизитора можешь оставить.

— Инквизитора я заберу с собой.

Для меня шутка Дьявола была с привкусом горечи. Я шел в Черный замок, чтобы спасти троих, но вытащил только одного.

Лишь Томаса Велдона, а моя любовь и Лилит снова во власти Низверженного.

— Неакр тоже пригодится, — добавил я.

Зато мой юмор оценили — Люцифер рассмеялся, и вампирша тоже.

Совсем как человек. Нет, не похожа она на восставшего из могилы кровососа. Я вдоволь насмотрелся на нежить за два месяца, проведенных в Сумеречье и Запустении. Нет ни черных белков без зрачков, ни неутолимого голода и вечной охоты до людской крови. Ирменгрет больше меня походила на обыкновенного смертного.

Она во всем похожа на живого человека. По крайней мере, нет у нее ни звериных когтей, ни хотя бы острых зубов.

— Ты хорош собой, — вампирша с бесстыдной откровенностью рассматривала меня, — ночные дети редко столь сладки.

— Он мой! — Люцифер сложил руки на груди. — Запомни это, Ирма. Ты должна лишь вывести троих из Запустения!

Я слушал, опустив голову. Ночные дети! Нечисть и нежить Орнора! Вампирша причислила к ним и меня.