Драконоборец (оба тома вместе)

Часть 2, фрагмент 4

Малефикарум тоже оказался гибридом, но гораздо более приближенным к роду человеческому, чем те, иные. Скорее всего, сказалась врожденная мутация генома. Его рот полнился острыми зубами, нос был широк и вдавлен в череп, а холодные желтые глаза то и дело укрывали ложные веки. В когтистой руке-лапе покоилось окровавленное оружие, нечто вроде двух половинок длинной зубастой челюсти, скрепленных воедино и насаженных на рукоятку. Из-под пол плаща, рваных и грязных, виднелись босые ноги – тоже не человеческие.

– Мой господин уже долго ищет тебя, – продолжил колдун, – и награда обещана великая.

– Ты слуга Шивариуса?

– Второго Учителя, да.

– И это ты устроил?

– Нашествие речной нечисти? Да. – Пасть едва заметно искривилась, выдавая улыбку. – И ненастье тоже. Когда я отъем тебе руки и ноги, оставшееся будет преподнесено хозяину.

– Как грубо, – ответил Тобиус, пытаясь лучше изучить ауру врага. – Почему бы не преподнести меня Шивариусу целиком?

Гортань малефикарума вздулась, исторгая особенно сочный гул:

– Около декады тому назад ты убил моего друга, и я заставлю тебя страдать…

– Мне очень жаль, Костяная Башка.

Рив опрокинул жаровню телекинетическими «щупальцами», и поток горящего жира захлестнул колдуна, выбивая им стекло. Сам Тобиус защитился от смертельного жара чарами Углежога и выпорхнул под дождь. Сделав в воздухе сальто, он оказался на крыше маяка, откуда видел, как огонь льется вниз.

Не прошло и минуты, как располневшая река встрепенулась, ее воды стали подниматься ввысь громадным бугром, у которого отрастали «руки», а в жидких толщах, там, где кишмя кишели топлецы, зажглись «глаза». Исполинский водяной элементаль навис над крохотным волшебником. Замах – удар. Башня маяка ухнула в Наль, но волшебник лишь взлетел выше, наперекор потокам ливня. Столкновение с элементалем грозило ему немедленной смертью от раздробления скелета, так что Тобиус принялся огибать неповоротливую тушу, попутно готовя себе подкрепление.

Три десятка реплик появились в ночном небе и стаей мошкары бросились дразнить духа вод. Они мельтешили вокруг, уклоняясь от смертоносных выпадов и поливая его зарядами холода и молниями. Когда малефикаруму это надоело, он исторг из тела десятки длинных водяных щупалец, которые забили по воздуху с огромной скоростью, рассекая то одну реплику, то другую.