Чистилище.

Мое лицо. Так странно смотреть на себя со стороны. Я не был красавцем, но и некрасивым не был. Симметричное лицо, узкий подбородок, пропорциональный нос, карие глаза, волосы зачесаны набок. Сейчас лицо было странным. Глаза чуть приоткрыты, как и рот, из которого тянется ниточка слюны. В глазах невидно ничего особого, разве что зрачки ушли в бок.

Друг теребил мою тушку, судя по открывающемуся рту что-то кричал, но я не слышал. Его лицо было искажено, по щекам потекли слезы.

Неожиданно раздавшийся голос за спиной заставил меня вздрогнуть:

-Тебе пора,- голос был приятным, мужским, с легкой хрипотцой.

Обернуться я не успел, успел лишь увидеть тянущуюся ко мне руку, а через секунду ощутил себя стоящим на полу. Декорации вокруг поменялись.

Я находился в длинном коридоре, конца и края которому не было видно. В обе стороны вела очередь и если впереди ей действительно не было края, то позади он еще был виден. Но быстро заполнялся новыми поступающими. Вокруг стояли люди, я же попал меж старушкой и мужчиной лет сорока-пятидесяти на вид.

Сдвинутся с места тоже не вышло, подвижной оказалась только голова.

Если действовать я не мог, то мыслить мне ничего не мешало. Я явно умер, потом побывал призраком, теперь вот стою в непонятной очереди непонятно куда. На страшный суд? Кто бы знал. Я вообще-то агностик, но в таком случае выбираю реинкарнацию, к черту религию и христианство с их адом в особенности! Что делать то? Не хочу ни на какой суд? Почему сейчас, почему не неделю назад, когда у меня толком и грехов то не было? Ааа, не вовремя то как.

Примерно такими мыслями я изводил себя в тот момент. Очередь же двигалась, только это происходило как-то странно. Я заметил впереди медленно приближавшуюся стену, при том, что сам я никакого движения не ощущал. Стена приближалась со скоростью медленно бредущего человека. Пока я не видел, что происходит с людьми, но паника в моей голове все возрастала.

Будь у меня достаточно времени, я наверняка бы сошел с ума, но в один момент стена поглотила меня. По глазам резануло светом, а после я очутился в небольшом кабинете. Напротив меня стоял стол, а за ним сидели двое. Оба были в деловых смокингах с галстуками и даже запонками. Только вот взгляд притягивали далеко не костюмы.                 Лица их были, как бы сказать, фактурными. Лицо одного было бело как мел.