Юстиниания. Заря.

Ситуацию усугубляет еще то, что несмотря на почти полное отсутствие критического мышления, планировать свои действия и ходы я могу на вполне достойном уровне! Более того, определенные рефлексы памяти и мозга остались со мной будь-то и не было никакой смены тел!

Я все так же хорошо помню таблицу умножения, стихи Пушкина и много что ещё! И я все так же в состоянии писать программы! И существуй тут, в этом мире, компьютеры, я бы уже был самым мелким хакером мира! Просто от того, что знания остались со мной, пальцы можно разработать, а желания напакостить Пентагону.

..

Но компьютеров тут нет, зато у меня есть интерфейс. И от этого же хуже всем окружающим! Ведь этот, созданный непонятно как, за мгновение интерфейс, требует к себе постоянного внимания и переработки! Я постоянно там, постоянно с ним работаю, совершенствуя свои навыки программирования, а разум... критическое мышление! присутствует в этом теле далеко не всегда. И я постоянно создаю какие-нибудь вредные скилы, заставляющее моё тело делать разные гадкие вещи.

Вонять, орать, брыкаться и ссаться... боже, как мои родители до сих пор меня терпят? Я ужасен! И осознаю это! Но только в моменты как сейчас, когда приходит «просветление». И даже в эти времена, я в основном думаю над тем, как работают мои скилы, как удается записать в их базу состояния тела, и за счет чего магия имеет влияние на материальный мир.

Впрочем — лучше не думать! Башка и так уже раскалывается от напряжения. Я все же маленький ребенок, жалкий и беспомощный, в мире, где есть магия.

..

— Хотю!

Ведь только за счет магии такое беспомощное существо как я, сможет себя защитить от ужасов внешнего мира.

День тысяча сотый. Три года кароч.

У меня безумно чешется... все! И просто неимоверно. А еще хочется есть! Есть мяса! Слона! Согласен даже на костлявого и жилистого! Но не это самое важное — я наконец смог прикоснутся к магии! Настоящей, а не той подделки, что позволяет целиться во время плевка.

Правда эта магия была не моя. И магия скорее прикоснулась ко мне, а не я к ней.

Это тут какой-то граф решил спалить нерадивого слугу, а я просто мимо проходил. Теперь вот лежу. Дома. В бинтах, ибо все тело один сплошной ожог. А на самое «малое исцеление» не хватает маны. Как впрочем и на фаербол, и на молнию... Надо создать «сверх малый фаербол», ибо иначе я, со своим запасом сил, так и буду исключительно плеваться, словно гениальный снайпер. Но это будет баловство, а не причинение ущерба, как у других, и это печалит.