Юстиниания. Заря.

Очень резким, что было следствие очень «резкого» сна, где в наш номер вваливаются непонятные головорезы, в майках алкоголичках, и тыча мне в лицо недокуренной сигаретой, требуют вернуть украденное сердце. Чьё сердце, как украденное... без понятия, но эти гаврики, решили взамен забрать моё. И да, интерфейс там не работает, магии нет, зато тело нынешнее — щуплого паренька девяти годков, которому ни за что на свете не справится с оравой амбалов в бою «на кулачках».

На улице еще стоит сумрак, хотя где-то далеко и справа уже брезжил рассвет.

Свен проснулся где-то через час, и первым делом попытался разобраться, во что он вчера умудрился пропечататься носом. Потом короткие сборы и марш-бросок до городских ворот.

— Погоди! — остановил меня приятель, не доходя пару кварталов до выхода из города.

Свернул в какой то проулок, еще проулок — магазинчик.

— Плащи и накидки, — прочитал я название, проведя местные закорючки текста через переводчик интерфейса.

— Иначе вымокнем по дороге, — прокомментировал Свен и зашел внутрь.

Полумрак. И плащи.

— Ты уже бывал тут? — поинтересовался я.

— Да... Вчера. Цены тут — собаки, но сейчас выбора нет, — вздохнул он, повернув к себе ценник одной из накидок, и вздрогнул всем телом. — Одежду, еду и прочее, можно купить и у крестьян за городом. А вот идти в дорогу без плаща — рискованно. Да и стража.

— Что-то интересует? — один из манекенов ожил и поинтересовался.

— Ай, блин! — отпрыгнул я назад уже наводя прицел на рожу.

Свену повезло меньше — отступив назад, он задел трехногую вешалку, потерял равновесие и весьма чувствительно приложился спиной о каменный пол, зацепив по пути пару накидок и оборвав им петельки.

— Ай, ё... — простонал Свен, пытаясь подняться.

— Давайте помогу, — услужливо подал руку продавец. — А, ничего страшного, — увидел он порванные кожаные петельки и почему-то покосился на меня.

— Так что вас интересует? — вновь поинтересовался он, когда вешалка и мы вновь заняли вертикальные положения.

— Са... — приятель хотел было сказать «самые дешевые», но я его перебил.

— Вот эти два плаща, — забрал я один из «порванных» и один что справа от меня.

Пусть мы и потеряем целую половину золотого на жалкое тряпьё — жизнь дороже. Интерфейс зафиксировал всплеск маны исходящий от торгаша — не знаю что это, но ничего хорошего.