Юстиниания. Заря.

На спине у человека отобразился прицел и я «спустил курок», забыв прочитать тщательно заготовленные слова активации, как и принять положенную любому магу величественную позу с тонной пафоса в приправе.

А дальше — всё как с деревом.

Вспыхнув на спине человека, огонь тут же скользнул на ноги, и еще продолжавший бежать человек, оказался целиком объятый пламенем огненного столба. Вопля не последовало, человек просто упал на следующем шагу на одно колено, вознося руки к небесам, а после рухнул на бок.

Огонь продолжал полыхать, обняв все тело целиком, но тут же сужаясь в бутылочное горлышко и возносясь к небу трехметровым огненным столбом, с черным, смолянистым дымом на вершине.

Настоящий огненный столб, погасший уже через полминуты, не оставив от человека даже пепла. Да даже запаха паленой плоти до нас ветер не донес! И вихря пепла я тоже не увидел.

Вот тебе и «шуточка за триста».

— Ну как? — хладнокровным голосом поинтересовался я у торгаша, оборачиваясь обратно.

— Вы приняты, — отозвался он, обратив на меня внимание.

— Можете расположить свои вещи в восьмой повозке, там же сможете передохнуть во время пути.

Радушно улыбнувшись, я пошел по направлению конца колонны, проходя мимо шустро расступившихся стражников. Справа, тут же молча прижалась Саара, взяв меня под локоток. И хоть мы все никак не изменились в лицах, сохраняя показное хладнокровие для публики, хоть внешне и остались прежними, внутри, за этими бездушными масками, бушует самая настоящая буря. А для людей каравана мгновенно перешли из стана «оборванцы» в категорию «прожженные жизнью маги-наемники».

Слева подошел Свен, похлопав меня по плечу, и на мгновение улыбнулся уголками губ. Даже ему... это всё непросто. Он много раз убивал... животных. Мы сталкивались с нечистью и нежитью. Можно даже решить, что мы уже убили одного человека когда-то! Того злобного мага с печатью. А количество людей, чью жизнь мы ставили на грань жизни и смерти своими действиями, вообще не поддаётся исчислению.

Но нет, это все не то.

Нечисть не такие как мы. Нежить тем более. Животных жалко, но они еда и это естественно. Травмы учеников корпуса — просто травмы в бою. А тот маг вообще, скорее убил сам себя, выстрелив, и получив рикошетом пулю в глаз от пуговицы. Здесь же... хладнокровно, почти бессмысленно, и предельно беспощадно.

Меня трясло, не внешне, но внутри, и всего перетряхивало снаружи, что я старательно маскировал под смешки над какими-то только нам понятными шуточками.