Берсерк забытого клана. Рекруты Магов Руссии

Мы синхронно глянули на компанию, члены которой периодически бросали в нашу сторону те самые взгляды, которые не имеют двоякого толкования.

В этот момент подошёл служка.

– Чего-с изволят-с господа откушать? – он почтительно замер с полотенцем.

– Неси, запечённую дичь, – коротко бросил Череп. – Считать умеешь? – задал командир вопрос. – Вот и молодец, – похвалил он замешкавшегося работника. – Тогда и неси на семерых, да поживее! – добавил Череп и откинулся на спинку лавки.

Я понял, что более ничего серьёзного обсуждать он не намерен, и мы завели непринуждённую беседу о пустяках.

Вскоре подносящий сервировал нам стол, и ужин начался с предсказуемой попойки. Маги пили крепчайшее из того, что имелось. Мы с Гриней не поддержали такого порыва и ограничились более щадящими мозг напитками.

Пива и хмельного кваса выпили знатное количество, но я до последнего старался контролировать шумную компанию. Кстати, я насчитал в ней не менее трёх десятков человек, периодически менявших друг друга за столами.

Но эксцессов не случилось, и мы спокойно разошлись по номерам далеко за полночь. Классно посидели, и я брякнулся на кровать, не раздеваясь. Накушался.

– Хозяина! Однака, нам жареной чёй-то пахнет! – раздался в голове испуганный ор Чукчи. – Подымайтеся, однака! Ма-аа-ама! – продолжил орать усатый, причём и Гришку разбудил.

Мы вскочили и сразу сморщились от запаха откровенной гари и сизой дымки, стелящейся по помещению.

– Феликс! – вскричал Гришка, судорожно одевая всё то, что снял. – Или это пожар, или нас спалить пытаются! Никто ведь не орёт, «СПАСАЙТЕСЬ!»

Я с ним согласился и последовал примеру, сдав зачёт по сборам в военное время.

Выскочив в коридор, увидел красные всполохи со стороны лестницы и осознал, что от первого этажа мы отрезаны. Дверь напротив резко открылась, и я встретился взглядом с Черепом, спокойным, как удав.

– Прав ты был, Феликс, – констатировал поручик. – Скажу больше, – он вздохнул. – Ставни забиты снаружи и укреплены артефактами. Мы даже через портал не уйдём. Так что, братцы, – он развёл руками, олицетворяя вселенскую досаду, – похоже, что это всё.

– Спокойно, – я выставил ладонь.