Крещение Новгорода. Часть II.

В главной горнице на большом кресле восседал сам князь Добрыня, рядом с ним сидели бояре, включая Бориса Вольгу, Магнуса и Стояна Воробья, а так же отец Иоаким, свободное место предназначалось для Садка, и он поспешил его занять. Вдоль стен стояли местные стражники и приглашённые для такого случая ополченцы. Василию предназначалось стоять в центре, что уже делало его положение крайне неловким. Но он вспоминал Алёну, и на душе его становилось немного легче. 

- Василий, сын Буслая, - начал читать надпись на бересте думский дьяк, - обвиняется в убийстве богатыря Олега и нарушении богатырской клятвы, данной ему во время принятия воеводства над богатырским войском.

- Ну что, Вася, признаёшь свою вину? – обратился к нему Добрыня, - или будешь время тянуть? 

- Вину? – спрашивал Василий, - я – голова в Людином конце, и могу вершить суд над преступниками. Олега привели ко мне, как преступника, и я осудил его. Он сопротивлялся и пал от моей руки.

- Это верно, для старого порядка, - вымолвил в ответ Добрыня, оглядываясь на отца Иоакима, - теперь же порядок у нас другой, христианский. Ты, Василий, богатырь, и если обязанности головы мешают тебе быть богатырём, то от одного из двух ты должен отказаться. Или перестать быть головой в Людином конце, или перестать был богатырём. Это возможно, отец Иоаким? Перестать богатырю быть таковым? 

- При особом разрешении возможно, - отвечал отец Иоаким.

- Ну что, уже скажешь своё решение, - нападал теперь Василий, - или будем время тянуть?

Добрыня презрительно ухмыльнулся, услышав свои слова из чужих уст, а затем продолжил повелительным тоном.

- Погоди, это ещё не всё. Богатырь Олег – это всё-таки один богатырь, и как ты сказал, он – преступник. Но ведь ты убил многих богатырей и христиан своими руками, причём уже после того, как принёс богатырскую клятву. 

- Это кого же? – в недоумении спрашивал Василий. Он чувствовал, как почва уходит у него из-под ног.

- Печенегов, - отвечал Добрыня, и даже слегка улыбнулся краем губ, видя замешательство в лице уже не только Василия, но и Садка, Стояна, отца Иоакима и вообще почти всех присутствующих.

- Воевода Сигурд на Владимирской заставе сумел переманить одно из племён печенегов на свою сторону, - торжественно повышал голос Добрыня, - и эти печенеги приняли христианскую веру.