Стремительный полет

По крайней мере, на первых порах.

Но отец Катрины был, по-видимому, иного мнения.

- Если появился еще один Белокрыл, то это неспроста, - задумчиво изрек он.

- То есть? – осторожно спросил я.

- Точнее смысл смогут объяснить жрицы Храма, - отозвался Нартат.

- Не понимаю! Я свою задачу выполнил - следы за наследившим убрал, Владыку пропавшего нашел. Сделал дело – гуляй смело! Это именно тот случай.

- Подожди! – нахмурилась Катрина. – Это ты, куда гулять намылился? А

как же я?

- Как порядочный айран, Влад, ты теперь обязан на ней жениться, - с

серьезным выражением на лице изрек Валерка.

- Знаешь, Влад, а твоя идея избавить народ драконов от этой напасти не так

уж и плоха, - задумчиво произнесла Катрина, посматривая на моего друга.

- А что? – подхватил мысль Валерки Онтеро. – Ведь ты ее спас. Что, зря

спасал, что ли?

Достойно ответить я не успел. То, что произошло потом, можно отнести к

разряду чудес.

Глава 13

Камень, возле которого стоял Онтеро зашевелился, приподнялся и

сдвинулся немного в сторону.

внезапно ожившую каменюку. А под этим камнем, оказывается, имеется

отверстие! Из норы высунулась рука. Она пошлепала вокруг дыры и наткнулась

на сапог Онтеро. Наткнувшись на обувь, рука некоторое время соображала, что

же ей такое попалось. Потом решительно ухватила сапог за каблук и рванула в

дыру.

Онтеро взмахнул руками, падая на землю, и завопил:

- Помогите! Оно меня сейчас под землю уволокет! Отдай сапог, зараза!

Но ухвативший сапог вор, сдаваться не собирался. Еще один рывок, и мы

уставились на босую ногу Онтеро. Камень, со слабым шорохом, встал на место.

- …Это как? – внезапно охрипшим голосом спросил Валерка. – Что это

было?

- По-моему, кто-то стащил сапог у этого парня, - глубокомысленно заметил

Харравит.

- Это мы все видели, - озабоченно отозвался Семен.

И как оно здесь оказалось?

- А не кажется ли вам, что это можно выяснить очень просто? – сердито

рыкнул я.

Я ухватил камень за основание и попытался перевернуть его. Не тут-то

было! Такое впечатление, что он прирос к земле. И это притом, что силушкой

меня обиженным назвать, было нельзя!

- Онтеро, подсоби! – прокряхтел я, напрягая мышцы.

- Не могу! Я - босой, - отозвался этот хмырь.