Льдом и мечом

и не трогают, словно тысячелетние деревья...

Не покидает тревога и чувство нелепости. Все трое знают: ночью – беда, надо убираться, срочно!.. Но у каждого есть причина остаться. И весьма неубедительная. Милите вдруг понадобился источник силы, именно этот, хотя можно черпать силу из тех же рыб, чаек, драконов, а уж на материке живности сколько угодно, на подходе к цели зарядились бы по горло и без риска. Тимориса потянуло на еду, выпивку и девок. Неудивительно, но все же воин не так прост. Эгорд обязан ему жизнью, Тиморис не валяет дурака, если грозит серьезная опасность.

Оглушить обоих, забрать и улететь? Заманчиво, но... сделать так – признаться, что угроза действительно есть, как и загадочная наяда. Сельчане узнают, что западня провалилась, и обязательно найдут ту, кто гостей предупредил. Найдут и...

Нет, не улетит.

На душе мрак, вокруг – тоже, времени не остается, только и можно переставлять вялые ходули, что зовутся ногами, к неизбежности. Что же, бесы все дери, творится? Хотя.

Меж далеких домиков зажигаются окна, факелы, фонари, костры... Гул как в разворошенном улье.

– Слава героям! – кричит кто-то

– Слава героям!!! – взрывается толпа.

Эгорд плетется среди пляшущих людей, на лицах безумное веселье, руки подбрасывают лепестки цветов, лапти молодых увальней вминают землю в раздольном танце, кружатся визжащие юбки, из кружек плещет пена. Воин-маг позволяет обвешать себя венками, всучить в деревянные ладони кубок, отхлебывает, не чувствуя ни вкуса, ни запаха, взгляд в пустоту.

Его усаживают за стол между Милитой и Тиморисом. Во главе восседают Деймус, кузнец и толстый творец пиршества, довольный до ушей. Стол тянется вдоль улицы, исчезает во тьме как черный луч, содержимое похоже на пестрый горный хребет. Здесь и бурые нагромождения жареных мясных боков, всяческие заросли салатов, пучки съедобной зелени, лук, чеснок, парующие жерла котлов, горшков и кастрюль с супами и кашами, озера вин, соусов, отдельной скалой высятся бочки с пивом.

Слуги суетятся как пчелы, едва поспевают резать мясо, раскладывать по блюдам, наполнять чаши, кубки, кружки, тяпнуть что-нибудь за щеку. Сотни маленьких водопадов: винных, пивных, суповых, – шипят, пенятся, льются из сосуда в сосуд, течет сплошной рекой звон посуды и галдеж. Ряженые музыканты дудят, хлещут по струнам, бьют в барабаны, люди непрерывным круговоротом льются из-за стола в пляс и обратно.