Льдом и мечом

– Я ими займусь!

На том конце лестницы демоны впадают в ярость, такую понятную и приятную, сгодится любой повод, и вот он свалился с неба – трое наглых человечишек! Демоны обнажают челюсти, губы дрожат, глаза вспыхивают огнем. Волна когтей и зубов бьет вверх тяжелым напором, вдребезги разлетаются первые ледяные статуи, осколки прочерчивают в воздухе синеватые линии, проносятся между троицей.

Камалия пускает через лестницу очередь лучей. Демоны превращаются в пепел один за другим, но это – капля в красной реке.

Твари заполняют весь проем лестницы, текут друг по другу, спины трутся о потолок, некоторых вдавливает в стены, хруст костей похож хруст снега, когда по нему идет толпа. Эгорд бросает на живой поток демонов еще одну метель. Твари застывают, белеют, образуется сплошная ледяная стена.

Тиморис лежит на краю котла, сабля обеими руками выставлена поперек, лицо искажено от усилий, пытается сдержать последнего демона, тот навалился, щелкает пастью в жажде откусить голову.

Вспыхивает луч – и демон оседает на Тимориса облаком горячего пепла.

– С-с-пасибо...

Воин обнаруживает, что Камалия уже поставила его на ноги.

По ту сторону льда глухое рычание и удары, стена белоснежных демонов стонет расползающимися трещинами.

Камалия встает рядом с Эгордом, руки нагреваются, готовы пустить череду лучей.

– Барьер долго не продержится. Их тысячи, а мы едва ли сдержим пять сотен. Рано или поздно нас разорвут, демоны ринутся через портал.

– И какой безумный план на сей раз? – ехидно осведомляется Тиморис, косится на Эгорда.

Воин-маг пристально смотрит на дрожащую ледяную толщу.

– Найти Клессу.

– Ты хотел сказать «пробиться к Клессе»? – злорадно говорит Тиморис. – Потому что найти, прогуливаясь и посвистывая, не получится, уж извини!

– Главное – найти. А пробиться или прогуляться, не важно.

– Очень даже важно! Нас раздавят как тараканов!

– Когда пробивались к башне, шансов было меньше.

– Там было, где развернуться, а тут как в тисках! И еще там был конь! Нет, два коня! И еще.

– Выбора нет, – спокойно, но бескомпромиссно перебивает Камалия. – Это не повод отступать, тем более, когда прошли столько. От нас зависят не только наши жизни.

– Отлично, – вздыхает Тиморис, сабли висят в руках уныло, воин склоняется над убитым демоном, вырезает на его груди символ.

– Хорошая идея, – кивает Эгорд с улыбкой.

– Да уж лучше ваших, – ворчит Тиморис.

Спустя минут пять все тела помечены черными от демонической крови рунами.