Льдом и мечом

Прут с противным скрежетом гнется, отламывается, Тиморис втискивается в клетку.

Вытирает со лба пот, осматривается.

– Твоя новая подружка?

– Надо освободить, – требовательно говорит Эгорд. – Перережь оковы.

Тиморис опускается на колени, с сомнительным взглядом чешет подбородок.

– Видел такие штуки, – тычет кинжалом в черных змей. – В них сильная магия, вряд ли получится...

– Попробуй! – настаивает Эгорд. – Без нее не пойду!

– Эгорд... – пробует вмешаться богиня.

– Я те дам не пойду! – грозит Тиморис. – Раскомандовался! Молчал бы в тряпочку, герой, хожу тут, спасаю всяких, а они даже спасибо не.

Тиморис осторожно подносит кинжал к змее на запястье девушки, стальная рептилия словно чует опасность, вращается быстрее, шипит. Чешуя врезается в лезвие, кинжал отлетает к стене, на полу растекается лавовая лужа.

Плечи Тимориса опускаются.

– Ну вот... Простите, леди.

Эгорд качает головой, сжимает руку богини сильнее.

– Нет, не могу...

Леарит ловит его потерянный взгляд, глаза девушки мерцают разными цветами в каком-то волшебном порядке, словно некое тайное сочетание оттенков, известное лишь богам, способно приводить в себя, прояснять рассудок.

– Эгорд, беги. Возвращайтесь в родной мир и продолжайте бороться. Ты знаешь, за что.

Тиморис тянет к лазейке.

– Пошли, время дорого!

– Дай еще зелий, – говорит Эгорд.

– Зачем?

– Дай!

Эгорд аккуратно, как в чашу с цветком, вливает зелья в губы Леарит.

Девушка выгибается, на выдохе вечно усталый взгляд проясняется, ресницы махают чаще.

– Это все, что могу сделать, – раздавленно бормочет воин-маг.

Леарит ласково улыбается.

– Ты и так сделал больше, чем думаешь. Спасибо за все, Эгорд. А теперь иди...

Тиморис тащит друга к выходу, Эгорд оглядывается, жадно ловит каждое мгновение...

Леарит такая же удивительная, как в первый раз. Доспехи будто живая серебристая ткань, по пластинам струятся солнечные волосы, кожа выпускает облако лучей. Но теперь уголки губ приподняты, Эгорда провожает теплый взгляд.

Выпрыгивают на улицу.

Пусто. Ветер гонит пух из ржавчины, качает висящие, как лианы в джунглях, цепи.

Тиморис срывается влево. Эгорд за ним.

– Знаешь, куда бежать?

– Отправил магам сигнал, что нашел тебя, они откроют портал где-то за городом, но не смогут держать открытым долго. Поспешим!

Сапоги выбивают лязг, в зеркале улицы бегут два перевернутых отражения. Мелькают столбы трескучего пламени, грешники извиваются, просят освободить, но к виселицам их приковывают черные змеи.