Сага первая. Слабейший среди равных

Такое умела лишь парочка шлюх из тех, что были у него раньше, но делали они это с куда меньшей отдачей.

***

Вольф флегматично жевал кашу, стараясь набирать ложкой как можно больше шкварок. Делом это, впрочем, было весьма безблагодатным – проснулся он чуть ли не последним, и в общем чане осталась жидкая бурда, а не нормальная каша. Рядом сидел не менее вялый Лис. Вчерашний разговор с Кошелём стоил ему многого. Уж бодрости на утро – точно.

– Дерьмо, – сказал тэн, откладывая ложку и начиная бороздить взглядом стол в поисках эля.

Зря он открыл рот. Перегар был такой, что впору ещё раз опьянеть.

– Согласен, – буркнул скальд. Он не стал спрашивать, зная, что Седой Лис заговорит сам. И был прав.

– Вчерашний разговор с Эриком вышел весьма занимательным, – медленно проговорил Лис. Значит, с Эриком, не с Дырявым – уже ясно, что переговоры прошли неплохо. – Этот пацан... уф... Как думаешь, сколько ему лет?

– Лет пятнадцать–шестнадцать, – ответил Вольф и тут же осёкся.

– Двадцать два, – усмехнулся тэн. – И рождён он от слабой уроженки юга, которая то ли не смогла, то ли не захотела приспосабливаться к жизни здесь и умерла через несколько месяцев после прибытия, родив, правда, сына. При этом ярл взял её в жёны по всем обычаям уже на сносях.

Вольф поморщился, вспоминая юг и южанок в частности. Душно, влажно и жарко. Днём все бродят как сонные мухи, а вечером наоборот галдят и бегают, наступая друг другу на головы.

Но не здесь. Вечно больные и мёрзнущие, захлёбывающиеся соплями, требующие своим быстрым и эмоциональным языком то ещё одежды, то подбросить дров в топку. Тогда скальд счёл, что на севере всех южан просто бросили свои боги, а местные отказались поддержать. Без богов не будет ни здоровья, ни удачи.

И только после этих размышлений до Вольфа дошёл смысл последней фразы, сказанной Лисом.

– Так значит...

– Да, Эрик – законный наследник. Но, во-первых, люди не хотели видеть ублюдка от южан над собой. Во-вторых, ярл привёл её в рощу на ней уже после того, как она понесла. В-третьих, ярлу, к тому времени уже семнадцатилетнему, пообещали в жёны десятилетнюю соплю с хорошим наследством. Её ты видел вчера. Вальд хотел придушить младенца, но ярл запретил и сбагрил его старшему брату Кошеля.