Пират, рыбак, офицер и маг

– А пока что нам нужны доски.

И взгляд Дека устремился к лежащему на берегу остову пиратского корабля.

На рассвете Ранзора разбудил оглушительный, недоверчиво-радостный крик Баклана:

– Вода! Вода!.. Клянусь печенкой, кэп, вода!!! Она уходит!..

Не успев толком проснуться, юноша бросился на берег и увидел, что полоса прибоя, раньше облизывавшая берег в десятке метров от стены джунглей, ушла почти к самой линии рифов. На обнажившемся дне лежала полузатопленная тартана.

 – У нас не так много времени, к полудню вода вернется, и неплохо бы, чтобы нам не пришлось ждать следующего отлива,  – предупредил Дек.

И пираты споро взялись за дело. Проделав в днище тартаны еще пару отверстий, они первым делом выпустили из трюма набравшуюся туда воду.  Расхватав скользкие от тины инструменты, чудом уцелевшие в минувшей катастрофе, пираты наскоро залатали потрепанный корпус. К счастью, затонув, тартана легла не на бок, а почти вертикально опустилась на киль, застряв в гребенке рифов, во время прилива скрывавшихся глубоко под водой.

Пираты едва успели починить разорванный надвое парус, как вода вновь начала стремительно прибывать. Утлый корпус сотрясла дрожь. Ударявшие в корму суденышка волны то и дело перехлестывали через низкий борт, грозясь снова затопить их маленький корабль. Но все обошлось, и вскоре тартана закачалась на волнах. Умело маневрируя остатками снастей, пираты поймали слабый полуденный ветер, и Дарон направил корабль к первой линии рифов.

О том, чтобы преследовать маджестика, не могло быть и речи – хорошо бы живыми выбраться с этого проклятущего острова…

Выйдя в открытое море, команда снова спустилась в трюм и уже изнутри подлатала  дающий течь корпус. Оставив за штурвалом синекожего Лоло'оло, Дарон спустился вниз принять их работу.

– Ну вот так-то лучше, – удовлетворенно кивнул капитан, стоя по колено в воде. – Хорошо бы вычерпать, как бы других трещин не было.

Усталые, мокрые люди снова принялись за работу.

Все тело гудело от усталости и тупой, ноющей боли. Ранзор лежал на спине, на теплой палубе, с наслаждением греясь в лучах теплого солнца. Сокровища, поманив блеском золота, растаяли в туманной дымке, но юноша вдруг понял, что это его совсем не заботит. Он остался жив, и это радовало его куда больше утерянного богатства.