Шипы души (*10 иллюстраций)

Я шагнул навстречу, уйдя немного в бок от траектории удара, мягко перехватил обе руки (топор по инерции улетел дальше на деревянный настил), второй рукой обнял и приблизил к себе.

– Успокойся, всё в порядке, – прошептал я на ухо, не в силах сказать что-то ещё.

А и что сказать? Верные мысли пришли лишь сейчас. А она так хотела услышать их тогда, когда Лада призвала вступить в отряд для контратаки.

Валерию прорвало. Слёзы покатились градом, она заревела, уткнувшись в плечо, уставшая от жизни последних месяцев больше, чем от всех предыдущих лет.

Ведь в те года она была одна, а теперь приходилось думать за двоих. Светлена требовала к себе внимания.

– Дурак, – выдавила из себя Лера сквозь взявшую верх истерику. Тело содрогалась в конвульсиях. Но она отпрянула и заставляла себя смотреть мне в глаза.

– Ещё какой дурак, – согласился я.

Её лоск исчез, этот весь наносной гламурный отблеск, что присутствовал в ней ранее… Но блеск глаз никуда не исчез.

И был он красивее всего, так как шёл от самой души. Частица настоящего.

Встав на колени в утоптанный снег, я щекой прислоняясь к животу. Помехой не мог быть и старый, колючий свитер. Не надо быть экстрасенсориком, чтобы ощутить движения взбунтовавшейся против слёз матери дочери.

– Успокойтесь, хорошие мои. Обе успокойтесь. Папка рядом, – забормотал я самым нежным и добрым из всех возможных голосов на свете.

Лера опустила руки на мои локоны.

Ногти без лака – рабочие пальцы. Но по-прежнему мягкие, нежные. Чем занималась в деревне? Нянечкой в детском саду работала? Техничкой в школе? Библиотекаршей? Всеми сразу?

Уже не важно. Уже знаю, что заберу, и больше не будет ни в чём нуждаться. Все испытания позади. Всё прошло.

Так и стояли, ощущая друг друга и пытаясь нащупать дорожку к прощению.

Стояли, пока не скрипнула калитка.

Рысь вошёл с улицы стремительно. Грозный, как Иван Четвёртый в дни скверного настроения, он стремительно приближался к нам.

Суров он мог быть лишь в моменты сильнейшей усталости. Значит, в последнее время что-то порядком выпило его силы.

Меня как плетью по спине ударило. Фокусировка на Лере и дочери сбилась. Ощутил дикое давление на виски. И только теперь до меня дошло, что голова не от лая собак болит. Что-то изнутри пыталось мне намекнуть, что не всё в порядке.

Увидев Леру, Рысь хмыкнул:

– То-то думаю, ты совсем ничего слышишь.