Лабиринт смерти

 – Вам не сказали?

– Да, мистер Морли, – грудным старческим голосом произнесла миссис Рокингэм. – Но скоро придет конец долгому ожиданию. Как приятно будет узнать, зачем всех нас здесь собрали. Согласитесь, мистер Морли: выяснить, какова наша общая цель, – это же просто чудесно!

– И верно, – кивнул Сет.

– Значит, мистер Морли, вы согласны со мной. Думаю, это прекрасно, что все мы способны прийти к согласию. – И пожилая дама добавила тихо и со значением, глядя Сету в глаза: – Боюсь, мистер Морли, есть одна сложность.

Мы не имеем общей цели. Межличностная активность находится на крайне низком уровне, но она, конечно, будет повышаться, ведь теперь мы можем… – Она наклонила голову, чтобы кашлянуть в крошечный носовой платок. – Да, все это очень хорошо, – закончила она.

– Не согласен! – заявил Фрэйзер. – Предварительное тестирование показывает, что в общем и целом собранная здесь группа имеет ориентацию на эго. Каждый проявляет стойкую тенденцию уклонения от ответственности. Мне трудно понять, почему некоторые из этих людей оказались здесь.

– Я заметил, вы не говорите «мы», – обратился к нему хмурый крепыш в рабочей одежде. – Вы говорите «они».

– Мы, они, – сопроводил нервным жестом свои слова психолог. – Вы показываете симптомы навязчивых расстройств. Что касается группы, то накопилась весьма интересная статистика, и она говорит о психической неуравновешенности каждого участника.

– Мне так не кажется, – тихим, но твердым голосом заявил мрачный индивидуум.

 – Мне кажется, среди нас только один псих, и это вы. Тронулись умом, носясь со своими идиотскими тестами.

Эти слова вызвали бурный спор. В нем участвовали почти все; царила сущая анархия. Сет подошел к мисс Бем и спросил:

– В этой колонии начальник есть? Вы?

Пришлось повторить дважды, чтобы она услышала.

– На эту должность никого не назначали и не выбирали, – ответила она громко, перекрывая гвалт. – Есть у нас такая проблема, помимо других. И нам придется как-то ее… – Конец фразы потонул в чужом гомоне.

– Мы на Бетельгейзе-Четыре огурцы выращивали, и вовсе не в лунном свете, это все слухи. Если на то пошло, Бетельгейзе вообще без луны…

– Я Его ни разу не встречал. Надеюсь, и не встречу.

– Однажды увидите.

– Присутствие лингвиста в нашем штате означает, что здесь есть разумные организмы, но пока мы этого не выяснили, ведь наши экспедиции носили неформальный характер, что-то вроде пикников, научными их не назовешь.