Зеленый Змей Арканский

Высохшая на солнце тряпочка спокойно упала в воду не почувствовав никакого сопротивления. То есть мое живое тело не пройдет, а мертвое вполне. Вывод прост – магия воплощения. Пока во мне есть жизнь, есть и она. В мертвом же теле ничего кроме некроэнергии не будет. Как говорится каждому свое.

Нежить владеет частью силы сметри и более ничем, так как относится именно к смерти и загробному существованию. То же касается и ангелов с демонами, они обладают только божественными силами, пусть даже демоны умеют манипулировать силой смерти, а ангелы силой жизни, но в них этих сил не зарождается.

У живых разумных в мое время было традиционное разделение сил на свет и тьму. Но на самом деле их гораздо больше. Та же некромантия считалась темной, хотя отнюдь не являлась тьмой, как и магия жизни не являлась светом. Свет и тьма удел ангелов и демонов, живые же разумные отщипывают себе всего по чуть-чуть. Создателем ли так заведено или со временем мы эволюционировали никто так и не узнал, да и вряд ли узнает.

Сила жизни дается нам при рождении, хотя не все могут ей воспользоваться, а точнее очень немногие. Сила смерти приходит к нам после кончины (некроманты получаются из тех, кто когда-либо испытывал клиническую смерть, даже меня говорят в детстве чуть не утопили, за что нужно благодарить королеву, да будет жариться она еще тысячу лет на сковороде демонов). Свет и тьма сами благославляют живых на владение магией, кого-то больше, кого-то меньше, а иногда и избирая кого-то только для себя.

Мне посчастливилось обладать благословением тьмы, но так же у меня есть дар во владении частицами смерти и жизни. И теперь это благословение не выпускало меня за границы Аркании. Точнее неведомый барьер не выпускал мою магию воплощения.

Чтобы сотворить такой барьер, огромный по размерам и скорее всего покрывающий весь остров, основанный на сопротивлении к одной из сил, нужно обладать поистине уникальными знаниями и силой. Я в свое время знал несколько таких разумных.

Но только трое из них пришли меня казнить. Рой, вернув мне перстень, снял печать с силы некроманта. Остались только Диккинс и Саймон. И если вспомнить про страх, который гонит всех с острова, про барьер, который не выпускает меня, то становится понятно, что помимо печати на силы мои друзья-палачи установили что-то еще. Что-то, что я не смогу обнаружить не имея силы воплощения.

Развернувшись, я полетел обратно к своему замку.