Белое пламя дракона

Внешние плиты брони техноголема представлялись произведениями искусства, настоящими барельефами, изображавшими сцены из жизни Мага Магов, великие свершения волшебников прошлого, битвы двух магических войн и многое другое. В броню были вплетены и переплетены между собой сложнейшие системы лучших защитных заклинаний и артефакторских чар, да и на боевые артефакты при конструировании не поскупились. Вместо головы в вершине торса техноголема находилась выемка с высоким троном.

Башня вздрогнула, демонические метастазы мелко задрожали, а затем их основной ствол стал раздуваться, будто его распирало изнутри.

В конце концов щупальца породили громаднейший плацентарный кокон.

— Кажется, нас опередили. — Бородо приостановил сборку почти завершенного техноголема. — Сделайте что-нибудь, я пока не готов.

Кокон лопнул, и из него вылезло нечто гигантское. Шестидесятифутовая тварь имела слева одну огромную руку-дубину и целых две руки справа, одна из которых являлась клешней, а вторая — длинным извивающимся щупальцем, испещренным ядовитыми шипами.

Два глаза горели кровожадным безумием, а под ними начиналась вертикальная трещина рта, которая тянулась сверху вниз по всему могучему торсу, щерясь длинными клыками-ребрами. Отродье шагнуло, сотрясая башню своим весом, раздался тоскливый рев, последовал новый шаг, медлительный и тяжелый. Десятки заклинаний устремились к великану, но ни одно не достигло цели — все погасли на подлете.

— Закон подлости, — сказал Ипсон Странный с мрачной улыбкой, — самый большой урод неуязвим для магии.

— Я еще не готов, — обронил Бородо, — сделайте что-нибудь.

Приказ управителя разнесся по умам всех присутствовавших волшебников. Атурин Патока применил одно из своих коронных заклинаний — Патока Смерти, за которое он когда-то получил магистерский посох.

Патока Смерти являлась золотисто-прозрачной, сладко пахнущей массой, необычайно липкой и вязкой. Атурин преградил надвигающимся отродьям путь длинной широкой полосой своей патоки, после чего вместе с остальными магами ретировался прочь.

Против гигантского отродья выступил Ородос Виндикту со своим питомцем, в честь которого и получил второе имя. Совиные медведи, или виндикту, являлись реликтовыми чудовищами времен Второй войны Магов, зооморфами, превосходящими абсолютное большинство современных аналогов. В бою эти крупные, но ловкие хищники, вооруженные когтями и клювами, передвигались стремительно, а их сила и свирепость делали из виндикту непобедимых противников.