Белое пламя дракона

Петрианец перебирал деревянные четки, по виду очень старые, даже древние, истертые настолько, что некоторые бусины потеряли изначальную круглую форму и стали похожи на рисовые зерна. Прислушиваясь к щелчкам четок, Тобиус невольно стал еще и принюхиваться: ему почудился запах ладана, потом немного заболела голова, и он понял, что зря проявил интерес к предмету, напитанному церковной благодатью. Пришлось даже на дерево опереться, чтобы не упасть от внезапного головокружения.

Часовня стояла не сказать чтобы слишком далеко за опушкой леса.

Но путь оказался довольно извилистым. Тобиус хотел было подметить это, но быстро передумал, решив, что если скажет что-то в таком роде, брат Марк обязательно ответит что-то наподобие: «Дорога к Нему извилиста и трудна, лишь падение в Пекло не требует усилий». Слушать такого совсем не хотелось.

Часовня как часовня, продолговатое каменное здание, обросшее мхом и вьюнами, над входом которого высилась небольшая колоколенка. Древний колокол оказался на месте, двери когда-то были заколочены, но несколько оторванных братом Марком полусгнивших досок теперь валялись на ступеньках.

В стенах здания имелись высокие узкие окна, забранные разноцветным стеклом. Было удивительно, что оно сохранилось за столько времени.

— Это она.

— Уверены? Может, в округе стоит еще парочка заброшенных часовен?

— Нет, это именно она.

— Напомните-ка мне, что именно случилось с вами в прошлый раз?

— Освятил землю вокруг и стены храма снаружи. Но когда пытался войти, мне крайне не везло, а потом вдруг скамьи начали летать по воздуху.

Волшебник кивнул, взялся за жезл и отправился обходить заброшенную часовню вокруг, ломясь сквозь кустарник, подступивший под самые стены. Боярышник, вороний глаз, барбарис и сирень не прекращали трещать под его напором, пока маг не вернулся с другой стороны.

— Ничего потустороннего я не ощутил. Возможно, освященная земля притупляет мое восприятие, но не настолько, чтобы совсем его подавлять. Вообще-то у меня практически нет иных догадок.

Сами-то что-нибудь чувствуете, брат Марк?

— Ничего, — ответствовал серый монашек, слегка помедлив. — Заброшенный храм не источает никакой скверны, которую мне было бы по силам распознать.

Взяв жезл наперевес, волшебник направился к дверям. На первой же ступеньке он поскользнулся и встретился подбородком с последней ступенькой, получил по голове дверью, которая распахнулась как от пинка, слетел с порога и откатился на несколько шагов.