Левиафан. Темный восход

Парень умылся, прополоскал рот, смачно высморкался и почувствовал себя много лучше. Он затравленно посмотрел на Рокеронтиса. – Я будто прожил твою жизнь. Но столько образов… Мне нужно время, чтобы восстановить в голове полную картинку.

– Не нужна тебе эта картинка, – Эрра зло посмотрел на второго бога. Теперь Карн знал, что это тоже бог. – Потому что этот идиот за почти тысячу лет своего блядского существования так и не понял, где пролегает граница человеческих возможностей. А зовут его Рокеронтис. Ты вряд ли слышал это имя, скорее что-то вроде «Песочный человек».

– Бог ночных кошмаров, – констатировал Карн, внимательно посмотрев на нового знакомца. Внезапно входная дверь распахнулась и в туалет ввалился посетитель бара «Нептун», судя по внешнему виду – завсегдатай. Он икнул и нетвердым взглядом обвел присутствующих.

– Здарова, зема! – Рокеронтис улыбнулся незнакомцу во все тридцать два. – Как сам?

– Нормально, ик, все нормально, – мужик резиновой походкой подпружинил к Рокеронтису и уставился на него впритык.

– А ты смерти боишься? – внезапно спросил Рокеронтис. Его вопрос явно поставил мужика в семантический тупик. Он только лупал глазами и беззвучно открывал рот. Наконец, смачно рыгнув, мужик пришел в себя и Карну показалось, что на секунду в его глазах мелькнуло что-то осмысленное. Мужик тихо шмыгнул носом:

 – Боюсь, конечно! А кто ж ее не боится?

– Дурак ты, – беззлобно ответил Рокеронтис. – Бояться надо не смерти, а жизни, которая настолько пуста, что напоминает смерть.

А потом он осторожно, почти ласково коснулся виска мужчины. Тот отступил на шаг, привалился к стене и медленно пополз вниз. Его глаза закатились, по лицу расплылась глупая улыбка. Рокеронтис тоже закатил глаза, как понял Карн – от наслаждения. Бог расправил плечи, демонстративно хрустнул шейными позвонками.

– И ночных кошмаров тоже, – запоздало подтвердил Эрра. – Может быть Зубной феей, а может – Фредди Крюгером. Зависит от того, как хорошо ты себя вел в этом году.

Карн не понял, шутка ли это.

– В жопу лекции по сравнительной культурологии, – хмыкнул Песочный человек, возвращаясь из транса. – Ты в норме? – это уже Карну. Тот кивнул. – Окей, тогда может выйдем, наконец, из мужского сортира? А то стоим тут как три педика, точнее как два педика и один извращенец, который за ними наблюдает! Перестань уже его обнимать, Эрра, он вроде сам в состоянии, прямоходящий как-никак.

– Попридержи язык, – грозно ответил бог разрушения, но Карна отпустил.