Левиафан. Темный восход

– Понял одно: чем эта память сильнее, тем легче человек ловит отклик, тем проще воспринимает истину, тем быстрее пробуждается… Ну да, только сейчас твой взгляд говорит о другом, тебе бы не пробуждаться, а наоборот – погрузиться в объятия Морфея.

– А его здесь нет часом? – решил пошутить Карн. 

– Кого? – уточнил Вик.

– Морфея! – пояснил Карн со смешком.

– Оценил, – Виктор скривился и подмигнул ему. – Но этого парня здесь определенно нет. Не знаю, существует ли он вообще. Фобетор точно есть! Так древние греки прозвали Рокеронтиса, когда он у них обретался.

Разумеется, был чем-то вроде бога кошмаров, – он хотел продолжить, но передумал, увидев, что Карн бесконечным усилием воли старается одолеть собственные веки, неминуемо стремящиеся занять максимально сомкнутую позицию. Вик улыбнулся, искренне, по-доброму. – До завтра, Карн.

– До завтра, Вик, – он осторожно протянул новому другу забинтованную руку. – Кстати, рад познакомиться.

«Неужели на сегодня – все?» – подумал Карн, сомнамбулой протекая сквозь ряды двухъярусных кроватей.

За его спиной гулко ухнула дубовая дверь, и он остался один в теплом полумраке фосфоресцирующих полусфер. Парень уже привык к их романтично-мрачному свечению.

Он стянул с себя джемпер и майку. Открыл шкафчик возле крайней правой кровати, достал оттуда белье. Застилая постель, машинально отметил, что это мягкий домотканый лен. Через несколько мгновений одним движеньем сбросил кроссовки и уронился на кровать, которая под его весом почти не прогнулась. Лишь удивленно скрипнула.

Парень попытался растянуть губы в блаженной улыбке и не смог, потому что мозг, осознав, что его носитель не движется и более не намерен менять статус кво, стал наспех отключать все рецепторы, чтобы не рисковать и сходу обрубить переполненному информацией сознанию все пути к отступлению. Он погружался в спасительный сон, где не было Дуата и Ра – мира людей и мира богов. Где не было древних могущественных созданий, которым люди поклонялись тысячи лет, и про которых теперь почти забыли.

Где не было Лимба и тайных убежищ.

А еще там не было таинственного Адхва-Га, Странника, какого-то жутко крутого парня, который важен даже для богов. Был там только Карн. Смертельно уставший, слепо утопающий в монотонной темноте, слегка подсвеченной тусклыми отблесками увядающих мыслей.

Глава 9. Книга Тота

В этот раз он не видел снов. Или просто не запомнил их, ведь говорят, мы видим сны каждую ночь. Зато проснулся отдохнувшим и полным сил.