Рейд (Хроники Покрова - 2)

Считаете вы этот мир своим, значит нужно за него драться, а нет, так приходите как гости, но не лезьте в наши дела…

Он вздохнул и добавил:

— Верхэль годами призывал эльфов вернуться в родной мир, а на него смотрели как на полоумного. Но теперь, когда запахло жареным, у старика вдруг оказалось много сторонников. 

Лицо у эльфа вытянулось. Оно понятно. Подавляющее большинство людей на Земле не только не знали какого-то там Верхэля, но и того факта, что эльфы некогда пришли сюда из другого мира.

— Но дело даже не в этом,— продолжил Волошек. — Вопрос, который меня действительно интересует, не почему вы драпаете, а куда? Верхэль, насколько мне известно, так и не отыскал ключ к Вратам. Путь в ваш мир по-прежнему запечатан.

Эльф помолчал. Выдавил:

— Вы знаете старика? 

Потом, ещё помолчав, заметил:

— Молодой человек, вы пугаете меня своей осведомлённостью.

Волошек понял, что сказал так попутчик не из рисовки.  Он действительно напугался.

— И всё-таки?

На сей раз эльф молчал долго.

— Вы знаете наши мифы? — спросил он тихо. — Знакомы с пророчествами? Наверняка, раз уж помянули Верхэля. Наша эпоха должна рано или поздно закончиться. Таково предсказание. Мы должны были покинуть этот мир, и вот время пришло. А откроет Врата Верхэль или кто другой — не столь важно.

— Непонятно только, почему эпоха закончилась именно тогда, когда запахло жареным, — буркнул Жирмята.

***

На станции возница сообщил пассажирам, что дальше дороги нет.

— Чернильники в сорока верстах от Чернигова, — пояснил он.

— Ну и что с того? — возмутился Жирмята. — Вчера они были в сорока пяти верстах от того же Чернигова. А ведь вы можете объехать город южнее. В конце концов, нам выходить раньше. Довезли бы хотя бы до любого приличного города. Что нам делать в этой дыре?

Возница буркнул, дескать, не он здесь решает, и ушёл распрягать лошадей.

Кроме них ещё один клиент застрял на безымянной станции. Он развалился в глубоком кресле и пил коньяк, заедая его лимоном. Кивнув товарищам по несчастью, он икнул…

— Я давно говорил, что этим закончится. Как только они запретили курение в каретах. Мы благородные люди. Прежде чем закурить,  я всегда спрашивал позволения у соседей. Дамы, дети, астматики… я понимаю.