Рейд (Хроники Покрова - 2)

И все трое занимаются делом. Без колдунов я не поставлю на успех ни гроша. Нет, даже и не просите.

Глава четвёртая. Чернигов

Глава четвёртая. Чернигов 

Утром, выбираясь из тёмной как заброшенный склеп хижины, Волошек с Жирмятой обнаружили на улице под домом пятерых воинов. Они никуда не спешили, топтались, вполголоса обсуждая что-то своё, и, только заметив друзей, потянулись к воротам. Без сомнения все пятеро ожидали их появления.  Причём ожидали давно: лошади, лениво подбирающие сухую траву, успели продрейфовать до самой лесной опушки.

По бородам и суровым лицам Волошек узнал в гостях тех самых бойцов, что некогда отбили их с Жирмятой у назойливых маркитантов. 

— Сержант Чабрец, — представился старший. — Приказом генерала Гарчи откомандирован вместе с отрядом в ваше распоряжение.

Закончив с официозом, он улыбнулся.

— Как почувствовал тогда на дороге, что судьба у нас общая.

Сержант Волошеку понравился, а его парни не очень. Тройка бородачей держалась невозмутимо, как бы подчёркивая всем своим видом полное равнодушие как к неожиданной миссии, так и к новому командиру.

— Завтракали? — спросил Волошек.

Чабрец кивнул.

— Ну а мы прогуляемся до корчмы.

— Нам-то что делать?

— А ничего. Сегодня мы с товарищем съездим в Чернигов, кое-какие дела уладим. Там от вас толку не будет. А как время появится, я списочек составлю, что взять с собой нужно.

Он показал на Жирмяту.

— Это мой заместитель. Вместе с ним и займётесь сборами.

Идея поставить товарища на хозяйство возникла у него только что. Никто лучше Рыжего не обеспечит тыл, тем более в таких условиях, когда это сытое и спокойное понятие несколько притянуто за уши. Жирмята был из тех, кто сварит суп из топора. Правда,  таковым товарища Волошек знал раньше, однако рассудил, что вольная, но полная лишений, студенческая жизнь вряд ли изменила его натуру.

Предоставив Чабрецу и его бойцам полную свободу, друзья отправились в корчму.

Убогий домик раньше корчмой не служил. Превратили его в питейное заведение совсем недавно, когда появился лагерь, а генерал запретил своим парням ходить за выпивкой к маркитантам. Ушлые селяне быстро поняли выгоду и перестроили брошенный дом. Всей общиной работали: кто самогон гнал или пиво варил, кто прибирался и готовил, кто за стойкой стоял.