Пропащая душа

Добежав до конца коридора, они свернули и оказались на кухне.

- Бегом! – Рявкнул Миран, ткнув в спину остановившегося было юношу. Они ураганом пронеслись через кухню, сметя на своём пути зазевавшегося поварёнка. Вслед летала морковь, плошки и проклятья повара, так как опрокинутый поварёнок выпустил из рук двух кур, и теперь они носились по кухне, возмущенно кудахтая и разбрасывая перья. 

Миран и Славко перевели дух только на улице. Всю обратную дорогу старик распекал Славко. Юноша же молчал, прижимал к груди завёрнутую в плащ девушку, и кивал, соглашаясь со всеми доводами.

       Люди Майгура вернулись в храм только под вечер. Они принесли плохие вести: вампир был зол, в окрестностях ТрайЕлоссы появились орки, и снегопад засыпал перевалы, а значит, от ворот ТрайЕлоссы на юг вела лишь одна дорога – узкая тропа, проходившая вдоль реки. Она должна была вывести на тракт, а там и до Гремячьей речки недалеко.

Эура слушала доклад в кровати. Тело ломило после перехода, но голова была ясной от отваров, которыми жрицы ЭльМирры поили каждый час.

Выслушав всех, Эура задумалась. Остальные ждали.

- Пропади пропадом эти орки. Будем придерживаться старого плана. - Наконец произнесла она, слизнув капельку крови. - С ней-то что будем делать? Не тащить же её с собой. - Эура кивнула на сидящую в углу девушку. 

       Едва оказавшись в комнате, спасённая девушка, словно дикий зверёк, забилась в дальний угол. С тех пор она сидела, обхватив руками худые колени, и, спрятав лицо в складки юбки, монотонно раскачивалась.

- Оставим в храме, а на обратном пути заберём: все равно в КаулютМаа одна дорога через ТрайЕлоссу. В храме ей будет безопасней: Сребрен сюда не сунется. – Предложил Миран. Пользуясь тем, что Снежанка осталась в Скревене, он набил табачок в свою трубку и, растянувшись у камина, пускал кольца сизого дыма.

- Я вообще не понимаю, зачем нужно было лезть! Это добыча Сребрена! - Пробурчал Дражемир.

Эура медленно села на угол кровати и опустила голову. Пионы на шелковом ковре поплыли перед глазами. Он медленно подняла глаза, и вот уже перед глазами плыли голубые васильки балдахина, кресло, камин, мраморные курильницы и свечи. Её всё ещё мутило.