Пропащая душа

- Проговорил Дражемир, ласково потрепав мальчонку за немытые неделю вихры.

Мальчик радостно закивал головой и побежал в сад.

 Убедившись, что за ним не следят, Дражемир вытащил из стены факел и поджёг записку. «Переулок Саляви, 13» высветилось на чернеющем куске бумаги, прежде чем он превратился в перепел. Друзья из Адары, порекомендовавшие ему обратиться к господину Энгальту, видимо, не ошиблись.

       Если бы людям раздавали карточки, на которых в двух словах описано то, чем они действительно занимаются в этой жизни, то на карточке господина Энгальта было бы начертано «профессиональный интриган».

Энгальт появился на свет в большой, но бедной семье отставного военного, главным и единственным богатством которой были дети. Будучи одиннадцатым сыном, и четырнадцатым ребёнком, он не мог рассчитывать на долю в скудном отцовском наследстве. Останься Энгальт в отчем доме, ему светило это место писаря при маленьком придорожном храме Ваера или помощника торговца в единственной на всю округу лавке, так как пытливый и настойчивый, он рано выучился писать и читать. Однако честолюбивый юноша грезил об иной доле. Как только исполнилось двенадцать зим, Энгальт сбежал в столицу. Не дав сыну золота, связей или покровителей, отец сам того не ведая сделал ему более ценный подарок: умение выживать. В большом семействе, все, будь то: место за столом, лучший кусок еды, менее штопаную одежду приходилось получать или хитростью, или силой. Старый вояка всячески поощрял такой порядок, считая, что жизнь сурова и несправедлива и лучше с младых ногтей готовить к ней детей. Выбивать кулаками лишнюю тарелку каши, новые пуговицы, склянку чернил, плащ или пару сапог взамен прохудившихся, как делали старшие братья, маленький и тщедушный Энгальт не мог. Все самое ценное в этой жизни он научился получать благодаря двум навыкам: думать и говорить. Энгальт мог договориться о чем угодно и с кем угодно, и мог бы стать неплохим купцом, если бы не страсть к политике, которую он любил больше, чем бабник - женщин, а пьяница - вино. Ему доставляло почти интимное удовольствие воплощать хитроумные многоходовые планы, созданные в голове, видеть, как изменяются судьбы людей, и осознавать что он, Энгальт, тому причиной. Будь Энгальт магом, он, наверное, стал бы главой одного из Кланов, но он был всего лишь человеком. Энгальт не жаловался, осознание того, что он, словно искусный кукловод, дёргающий за ниточки вверенных кукол, сам может управлять другими, грела его душу.