Великолепные зверята из Арбузовки

На мгновение затмив уродливым телом звёзды, таинственный посланник растворился в ночи.

Никитка проводил взглядом ночного упыря, шёпотом пообещав:

— Завтра лучшему шпиону Великого Магистра предстоит помериться силой с великолепными зверятами. Посмотрим, кто кого.

Сзади зашуршали шаги. Никитка напрягся, но из темноты показалась щуплая фигурка Шустрика, а следом проявилась пузатая тушка Жорика.

— Сюда-а-а! — шёпотом позвал Никитка.

— Может, не мудрствуя лукаво, отлупим белую крысу? — потирая увесистый кулак, сонно зевнул Жорик.

— Не всё так просто, — серьёзно заметил Никитка. — Оставайтесь-ка вы, друзья, тут вдвоём.

— Да я этого инвалида — одной левой! — Кулак Жорика в темноте просвистел у самого уха Никитки.

— Сидеть в засаде до рассвета и не высовываться! — зло зашипел Никитка на буяна. — Я переговорю с остальными и на подмогу Лиссу пришлю.

— Не жирно ли — на одного инвалида? — недовольно засопел поросёнок.

— Шустрик, ты раньше встречал урода с перепончатыми крыльями? Он ещё говорит чужими голосами, ну, как попугай? — сравнил Никитка.

— Чё-чё-чёрный вестник! — заикаясь от страха, пропищал мышонок. — Это из гильдии убийц, по ночам орудующей в Зверигороде. Он у Великого Магистра на побегушках.

— Ладно, летучей тварью займёмся позже. На повестке дня разоблачение Альбиноса.

Никитка отправился к Потапычу составлять план операции.

Утро следующего дня началось с истошного визга убитого горем Жорика. Обезумевший поросёнок метался по Арбузовке, оповещая зверят о ночной трагедии.

Оказывается, идя на утренней зорьке рыбачить, Потапыч наткнулся у плотины на трупы Никитки и Шустрика. Медвежонок перенёс их в Избу Совета и накрыл окровавленные тела белым саваном.

Собравшись на площади, зверята тихо шептались. Самые любопытные старались протолкаться к окнам и заглянуть внутрь избы. На узком дощатом столе покоилось два тела. По контурам фигур и безвольно свисающим из-под покрывала конечностям угадывались человек и мышонок.

Потапыч запер изнутри дверь, с трудом отогнав любопытных. Наконец к окошку протиснулась крыса на костылях.

— Неужто Никитка с Шустриком померли? — горестно покачал головой инвалид.

— Их убили, подло убили, — сурово нахмурил брови Потапыч. — И мы обязательно найдём, кто сотворил это злодеяние. Уж ты не сомневайся, Альбинос.

Крыса стушевалась под пристальным медвежьим взглядом и уступила обзор следующему зеваке.