Мы вас построим

И все же, возвращаясь к этому Стэнтону: скажите, доктор, вы его видели?

– Прис как-то приводила его сюда. Он сидел в приемной, пока мы беседовали.

– И чем занимался?

– Читал «Лайф».

– Ва?с это не ужасает?

– Не думаю.

– Вас не пугает то опасное и неестественное, что планирует эта парочка – Мори и Прис?

Доктор пожал плечами.

– Господи! – с горечью воскликнул я. – Да вы просто не хотите ничего видеть! Сидите здесь, в своем теплом и безопасном кабинете, и не желаете знать, что происходит в мире.

На лице Хорстовски промелькнула самодовольная улыбка, что привело меня в бешенство.

– Так вот, доктор, – заявил я, – позвольте ввести вас в курс дела. Мой визит к вам – всего лишь злая шутка Прис. Именно она послала меня сюда, чтоб я разыграл этот маленький спектакль. К сожалению, я не могу продолжать в том же духе и вынужден признаться. На самом деле я такой же симулякр, как и Стэнтон. Машина, нашпигованная реле и электросхемами. Теперь вы видите, насколько это жестоко, то, что она с вами проделала? И что вы скажете на это?

Прервав свои записи, Хорстовски внимательно посмотрел на меня и спросил:

– Вы, кажется, говорили, что женаты? В таком случае, как зовут вашу жену, где она родилась? Назовите также ее возраст и род занятий, пожалуйста.

– Я не женат. У меня была когда-то подружка, итальянка по национальности, которая пела в ночном клубе. Высокая, темноволосая девушка, довольно симпатичная. Ее звали Лукреция, но ей больше нравилось имя Мими. Не поверите, доктор, но мы с ней дрались.

Хорстовски подробно все записал.

– Вы не хотите ответить на мой вопрос? – поинтересовался я.

Безнадежно. Если у доктора и создались какие-нибудь впечатления по поводу симулякра, сидящего в его приемной и занятого чтением «Лайф», то он не собирался сообщать их мне. А может, их и не было. Возможно, ему было безразлично, кто там сидит в его приемной, среди его журналов.

Но по крайней мере, мне удалось выудить его мнение о Прис, которая, по сути, пугала меня куда больше, чем симулякр.

– В конце концов, у меня есть мой армейский кольт и патроны, – сказал я. – Все, что мне нужно. А случай представится, будьте уверены. Рано или поздно она попытается проделать такую же бесчеловечную штуку, как со мной, с кем-нибудь еще, это только вопрос времени.